Но у гномов всё, конечно же, по-другому. Вместо того чтобы использовать энергию для создания чего-то нового или чего-то, совершенно противоречащего законам физики, наша магия может только манипулировать природными элементами. Так что у гномов было два возможных варианта. Сложное заклинание, с помощью которого можно пролететь сквозь землю через магический туннель. Но считалось, что этот способ может вызвать опасные последствия, такие как землетрясения и извержения вулканов по всему земному шару, если его выполнить неправильно. Потому самым доступным, лёгким и безопасным заклинанием была вариация всё тех же ветряных чар, которые я так часто использовал. Их «транспортная» версия создавала что-то вроде воздушного туннеля, похожего на длинный, узкий торнадо, который перемещал тебя с той точки, где ты стоишь, в нужное тебе место буквально молниеносно.
Вот так мы с Ари переместились из восточной России в залив Сан-Франциско: крутясь, вертясь и кувыркаясь в ледяном, жёстком, диком торнадо, который прочертил Тихий океан, как огромная серая полая спагетина.
Нас весьма грубо перенесло в середину залива Сан-Франциско, а затем нами как будто выстрелили из пушки прямо в воду. В этом заклинании определённо нужно будет ещё потренироваться.
Пока мы отчаянно гребли к поверхности, я не переставал удивляться, насколько вода здесь теплее, чем та, в которой я барахтался всего неделю назад, когда боролся с морскими чудовищами у побережья России.
– Что ж, это было весело, – сказала Ари, когда наши макушки, наконец, показались над удивительно спокойной поверхностью залива.
Я не знал, шутит она или говорит всерьёз, поэтому просто кивнул. Голова у меня всё ещё кружилась, что неудивительно, потому что нас, наверное, целый час болтало в торнадо.
– И что теперь? – спросила Ари, загребая руками воду. – Как мы найдём Кровопийцу?
– Думаю, что я могу просто позвать его, – сказал я. – Если мы достаточно близко…
«Ты так и не допетрил, что теперь тебе не обязательно быть рядом со мной, чтобы поговорить?» – внезапно раздался голос Кровопийцы у меня в голове.
«А? – подумал я в ответ. – На этот раз это действительно ты?»
Я всё-таки решил, что в прошлые несколько раз, когда я слышал его голос в Охотском море, у меня были галлюцинации.
«Конечно же, это я! – фыркнул он. – И в прошлый раз тоже был я. Хочешь сказать, что так и не понял этого?»
«Ну, вообще-то, нет».
Кровопийца громко вздохнул у меня в голове.
«Ну, давай разбираться. Что общего было между всеми случаями, когда мы с тобой разговаривали, мой на удивление сообразительный друг?» – язвительно спросил он.
Я на секунду задумался над его вопросом. Я всё ещё явно не пришёл в себя после путешествия в торнадо, так что не сразу понял, к чему он ведёт. А затем случайно хлебнул воды – и понял, что ответ очевиден.
«Я был в воде», – ответил я.
«Браво, Шерлок! – сказал Кровопийца. – Вода – это естественный проводник телепатической магии. Потому даже за полмира мы по-прежнему были связаны. И это значит, я действительно наблюдал за твоими убогими попытками спастись у берегов России».
– Что случилось, Грег? – отвлекла меня Ари.
– А?
– Ты просто уставился в одну точку.
– Извини, – ответил я, барахтаясь в воде. Намокшая одежда настойчиво тянула вниз. – Я как раз разговариваю с топором… Ну, знаешь, как обычно. В голове.
Ари кивнула.
– Отлично, только поторопись, – сказала она. – У меня нехорошее предчувствие, что после того, как вернулась магия, здесь плавают не только рыбки, дельфины и маленькие безобидные акулки.
Я кивнул и вернулся к своему мысленному общению с Кровопийцей.
«Карл, где ты?»
«Ой, что, ты приполз обратно, да? – продолжал язвить он. – А я должен вот так вот сразу простить тебя за то, что ты сделал?»
«Нет, ничего ты не должен, но я всё равно надеюсь, что ты когда-нибудь простишь меня. Я был не прав, признаю. Твоя сила пугала меня, но теперь я осознал, что ты был прав. Что ты мне по-прежнему нужен. Что мы ещё не закончили то, что нам предначертано, и всё такое».
Конечно, я до сих пор не был уверен, что верю в судьбу, но я пытался вернуть свой топор и думал то, что, как мне казалось, он хотел услышать. Так, чтобы мне не приходилось лгать[22].
«Отлично, – ответил он. – Всё, кроме той части про прощение. Потому что не будет тебе его!»
«Справедливо, – признал я. – Но не мог бы ты сказать, где ты сейчас? Чтобы мы могли поговорить, эмм, лицом к лицу».
«Я всё ещё на дне залива, там, где ты меня и оставил, как ненужную рухлядь! – гневно завопил он у меня в голове. – Я топор, и у меня нет плавников, рук и ног. Так как я могу оказаться в другом месте, кретин?»
Он был прав, но я всё-таки думал, что можно было и не обзываться.
– Он говорит, что он там же, где мы его и оставили, – сказал я Ари. – Ты не помнишь, где это было?
«Скажи лучше “выбросили”, – возмутился Кровопийца. Я изо всех сил старался не обращать на него внимания. – Ты бросил меня, выбросил как ненужный мусор, вышвырнул за борт, как мёртвое тело, избавился от меня как от хлама, покинул, утопил, отказался, предал…»
