– И что же выбирают ювелиры? – спросил я сдавленным голосом, стараясь игнорировать дребезжание внутри.
Я все еще хотел верить, что Марта просто рассказывает о своей работе. А о сделке с Лозовым узнала от Ивченко. Ну так, в порядке бреда я предположил, что владелец сети ломбардов поделился с рядовым ювелиром своими чаяниями. Ну чем черт не шутит? И такое случается.
Только вот здравый рассудок и жизненный опыт подсказывали мне, что все, что я придумываю, – это простые отговорки. Попытки убедить самого себя, что на самом деле все не то, чем кажется.
Но, как говорят, если вам что-то кажется, то это не кажется. Дурацкая фраза, в полной мере отражающая суть моих опасений насчет Марты и ее участия в этом деле.
– Ювелиры выбирают искать место потеплее. За последние полгода от Лозового к Ивченко перебежали пять человек. Три из них продолжают работать по профессии. Понимаешь, к чему я клоню?
– Нет, – произнес я ледяным тоном и покачал головой. – Но ты же поделишься.
– Если бы план Лозового сработал, то уже завтра он захватил бы все ломбарды. И куда бы бежали простые ювелиры?
– Тебе нет необходимости причислять себя к ним. Ты точно не будешь перебиваться с хлеба на квас.
– Илья, ты не понимаешь, – вздохнула она. – Я хочу быть самостоятельной единицей. А за мою помощь Ивченко пообещал мне подарить один из ломбардов. Мне, конечно, слабо верится в то, что он выполнит свое обещание. – Марта зевнула и стала говорить тише. – Но надежда есть всегда. Я больше не могу надеяться на мужчину, – еле слышно добавила она и отключилась.
Я весь аж вибрировал, когда осознал масштабы трагедии. Пазлы слишком быстро складывались в голове, не давая времени на осознание и принятие.
Впервые в жизни я проклинал свою способность быстро и логически мыслить. Потому что внутри еще билось сердце, которое уже было до краев заполнено этой девушкой. Ни одного миллиметра свободного пространства. Мама даже как-то пошутила, что на моем главном органе уже набита татуха с именем моей невесты.
Сейчас, когда вспоминаю тот первый момент прозрения, до сих пор в груди отдает тянущей болью. Или острой. Как будто кто-то вонзает стрелу в главный орган. Раз на раз не приходится. Гоню от себя эти мысли, но не могу до конца игнорировать боль, которая появляется при воспоминании о предательстве бывшей.
И сейчас опять мозги работают с бешеной скоростью. Ивченко давно отошел от дел. Примерно в это же время Марта за какие-то копейки выкупила у него один из ломбардов. А остальными завладел Максим Родимский. Совпадение? Вряд ли. Мало того, что я в них не верю, их получается слишком много на один квадратный сантиметр. Но, может, встреча с Максимом что-то прояснит…
На автомате вытаскиваю Марту из подвала. Наверху лестницы меня уже ждет безопасник.
– Руслан, мы едем к вору. Трое бойцов с Мартой в машину помимо водителя. Мы с тобой едем во второй. Нужно три машины по три-четыре бойца в каждой. Я не знаю, что ждет нас на этой встрече.
