Загадка гибели линкора «Новороссийск» полностью

«…2 ноября я заканчивал оперативное дежурство по флоту с рулоном карт и с справочными материалами вошел в кабинет командующего флотом с докладом. Когда я открыл дверь, то увидел сидящего в кресле Малышева, а рядом с ним стоял Горшков. Когда я произнес традиционные слова: “Прошу разрешения с докладом! ” — я услышал в ответ резкое — “Подождите! ” Я оказался в затруднительном положении: или просто подождать, или выйти из кабинета и закрыть дверь. Я решил, что возглас Малышева — “Подождите!" означает буквально подождать в том месте, где он меня застал. И я остался в кабинете у входной двери. В это время Горшков обратился к Малышеву: “Вячеслав Александрович, у нас через пять дней праздник Великого Октября. Обычно по этому празднику мы устанавливаем корабли по парадной диспозиции. В этом году на бочке № 3 стоял линкор «Новороссийск», опрокинувшийся вверх килем. В связи с этим есть предложение в этом году не выстраивать корабли по парадной диспозиции. Докладываю это предложение на Ваше решение ”. Малышев поднялся из кресла и со всего размаха стукнул кулаком по столу, буквально прокричав: “Вы, что товарищ Горшков, думаете, что раз утопили линкор, то нет и Октябрьской революции? Делать парад! ” — и еще раз стукнул по столу. После этого я открыл дверь и тихонько вышел из кабинета».

Возвращаясь к эпизоду ноябрьского парада в Севастополе в 1955 году. В бухте продолжали всплывать мертвые тела. Все предшествующие «празднику» дни автомашины только успевали отвозить тела погибших моряков на Братское кладбище. А тут парад. Единственным отступлением от существовавшего положения было то, что моряки вышли на парад не в белых, а в черных перчатках. С моряков-то что взять? С кораблей эскадры и с частей гарнизона вывели парадные «коробки» — 10 на 10 и провели парадным шагом перед трибуной. А каково в колоннах демонстрантов трудящихся города было идти женам, а в колоннах старшеклассников — детям погибших на линкоре офицеров и мичманов? Кажется, дочери капитана 1-го ранга Иванова учились в 3-й школе? Кто-нибудь о них подумал? Малышев, несмотря на все свои заслуги, был чужой для города и флота человек.

Митрохин продолжил: «…Думаю, что Малышев в этом гневном припадке выразил свое несогласие с версией подрыва линкора на немецкой мине».

Судя по реакции Малышева, он не столько отрицал минную версию, сколько обвинял руководство флота в катастрофе с линкором.

Для нас важно другое — главный штурман флота, находившийся в гуще флотских событий, интуитивно отрицая минную версию подрыва линкора, решительно настаивал на расследовании диверсионной версии.

Для начала стоит определиться с направлениями поиска. Когда заходит речь о возможной диверсии против линкора, то традиционно предлагается и разрабатывается так называемая итальянская версия. Затем, по ходу рассуждений, и по степени нагнетания страстей с военно-политическим компонентом, вводится «английский» след, и уж когда исследовательские страсти выходят на шизоидный уровень, тогда нам предлагают поверить в то, что высшее советское руководство середины 50-х годов для достижения своих «местнических», или «местечковых» (?) целей было готово утопить линкор с экипажем в полторы тысячи человек. Самое неприятное в том, что среди авторов этих, не побоюсь этого термина, «шизоидных» опусов попадаются ветераны флота, кандидаты наук. Ну что здесь скажешь, от подвижек в психике никто из нас не застрахован, а направить человека на психическую экспертизу можно только по судебному решению.