Поначалу просто забавная, эта мысль въелась в голову. Отложив страницы в сторону, Надя встала и пошла к одному из стеллажей. Кажется, где-то здесь стояла та самая книга… Да, вот она, на нижней полке. Вкладыш на форзаце все такой же пустой: никто не читает «Сказки Черного хребта». «А значит, – хитро улыбнулась девушка, – никто ее и не хватится».
Она нашла формуляр книги и сунула рядом с вкладышем, чтобы и о ней забыли, словно в библиотеке никогда не было такой книги. Спрятала письмо между страниц и посмотрела на старую обложку. Нельзя же просто так попросить отдать Эльдару библиотечную книгу…
Обойдя весь детский отдел, Надя наконец-то нашла то, что нужно: в уголке, где дети могли заниматься поделками, лежала цветная бумага. Завернув книгу в разноцветные листы, Надя скрепила их скотчем и приклеила записку с именем друга. Осмотрев напоследок бывшее рабочее место, она поспешила на третий этаж, пока в библиотеку не нагрянули маленькие читатели.
Михаил, как и всегда, был занят работой, но тут же бросил все дела, чтобы поболтать с бывшей коллегой. Отвлекаясь на читателей, они поговорили обо всем: о библиотеке и архиве, о здоровье Нади и ее планах, о городе и том, что его ждет дальше. Михаил единственный вспоминал о трагедии в общежитии с искренним ужасом и до сих пор удивлялся, что дверь архива заложили кирпичами. Надя и то не переживала случившееся настолько ярко, и его впечатлительность даже казалась ей странной. Быть может, это Шахтар так влиял на людей.
Уже под вечер она отдала Михаилу завернутую книгу, взяв с него слово передать подарок Эльдару в руки. Они закрыли библиотеку, словно по-прежнему работали вместе и снова встретятся завтра, и разошлись. Оставалось только одно место, где Надя еще не побывала. Место, которое ненадолго стало ей домом.
От города его все так же отделял смешанный лесок, надежно укрывающий могилу бывшего общежития. С улицы казалось, что все по-прежнему, разве что окна и фонари не просвечивают больше уютным теплым светом. Но чем ближе Надя подходила, тем яснее замечала, как пострадала природа. Из-под земли показались голые корни деревьев, повяли и облетели низкие кусты, по стволам ползали жучки и разноцветные ящерицы, от одного вида которых ее бросало в дрожь. От выложенного плитами дворика не осталось и следа. Только беседка курильщиков каким-то чудом стояла на прежнем месте, потрескавшаяся и пыльная, но целая.
Посреди леса зиял огромный овраг, полный бетона, шифера, черной земли и обломков деревьев. Его огибала предупредительная лента, а за ней стояла строительная техника. Надя подошла ближе: хотела посмотреть, как глубоко под землю ушло пятиэтажное здание.
Наклонившись за ленту, она вгляделась в овраг. Он был гораздо глубже, чем казалось на первый взгляд, как будто даже после обвала общежитие продолжало тонуть в земле. Подумав о том, сколько человек осталось под завалами, Надя поежилась и поспешила отойти, но слишком рано отпустила ленту. Нога скользнула по мокрому чернозему, и она чуть не свалилась, но кто-то сзади схватил ее под мышки и вытащил на твердую землю.
– Ты вроде еще не настолько беременная, чтобы живот перевешивал, – усмехнулся за спиной знакомый голос.
Не веря своим ушам, девушка обернулась. Перед ней, насмешливо улыбаясь, стоял Эльдар. В полумраке леса он казался призраком, и она неуверенно протянула руку к небритой щеке, на что тут же получила щелчок по лбу.
– Я на тебя Серому пожалуюсь, – нарочито сердито пригрозил он. – Удумала тоже, на ночь глядя по оврагам шариться. Что, ничему жизнь не учит?
Вместо ответа Надя уткнулась лицом ему в грудь и крепко обняла. Она едва сдерживала слезы, а Эля как будто не понимал почему. Немного помявшись, он все-таки обнял ее в ответ.
– Ты же не думала, что я умер?
– Конечно, нет. – На самом деле думала. Вплоть до разговора с Борисом Надя была убеждена, что он спас ее ценой своей жизни, но… – При обвале шахты ты ведь не умер.
– Умница, – в голосе прозвучало облегчение. – Мне просто нужно было немного времени.
Он аккуратно приобнял девушку за плечи и повел прочь от бывшего общежития. Обернувшись, она в последний раз взглянула на место, где впервые услышала его голос, называющий запрещенную комнату 116, и вытерла мокрые глаза.
– Я рада, что ты в порядке, – улыбнулась она. – Но что произошло? Ты видел… его?
Эльдар неопределенно повел плечом.
– Видел, – вздохнул он. – Как и ты, насколько я помню. Конечно, об этом лучше помалкивать.
Какое-то время он шел молча, задумчиво глядя вдаль. Надя не мешала собираться с мыслями.
– Я тогда уже с жизнью попрощался, – тихо признался он. – Был уверен, что меня сожрут так же, как половину лестницы, ведь все здание туда и летело. Скользить прямо в пасть, как по детской горке… Непередаваемые ощущения.
Он выдавил смешок. Надю даже от попытки представить подобное начинало трясти, и она предпочла молча слушать дальше.
