— У меня нет никаких сомнений! — заявил он. — У него был пистолет. Я сам однажды видел, как он тренировался в стрельбе, и приказал ему выбросить оружие в реку.
Он сообщил мне и то, о чем раньше умалчивал: за прошедший год он получил два анонимных письма с угрозами.
— Я не видел смысла в том, чтобы их хранить, — добавил он. — Но могу сказать, что писал их малограмотный человек, и я всегда подозревал в этом цыган, которых прогнал с участка на моей земле в прошлом году примерно в это же время.
— А может, они были написаны почерком Веддла?
— Не знаю, — раздумчиво ответил Восс. — Сейчас, когда вы спросили, я попытался вспомнить, видел ли вообще почерк Веддла. Нет, по-моему, никогда не видел.
Я вынул из кармана клочок бумаги, найденный в доме у Веддла, и показал его Воссу. Он внимательно изучил таинственное послание и даже прочел его вслух:
— «Кусты второй камень стоп поворот к церкви Эмберли третий вниз»…
Я мог бы поклясться, что третье и четвертое слова там были «каменный сток». Но, взяв записку, понял, что ошибался. Однако даже в таком виде понятнее она не стала.
— Наверно, это писал Веддл, — сказал Восс. — И что это значит?
— Понятия не имею, — ответил я. — Но вот что важно: похож этот почерк на тот, каким были написаны анонимные письма, которые вы получили?
Он покачал головой.
— Насколько я их помню, нет…
Он вынул из кармана пачку писем и попробовал обнаружить среди них что-то написанное Веддлом. Похоже, Восс был из тех безалаберных людей, которые хранят деньги, письма и случайные бумажки в одном и том же кармане. Перебирая письма, он половину из них тут же выбрасывал.
— У меня в карманах полно всякого мусора, — заметил он. — Я их называю мусорной корзиной холостяка.
Я нагнулся и порылся в настоящей корзине для мусора. Кое-что из найденного там я передал ему. Похоже, это были старые купюры, они были забрызганы чернилами, но у меня хорошее чутье на деньги.
— Должно быть, у вас денег куры не клюют, — заметил я. — Но все-таки вряд ли стоит выбрасывать свои кровные в мусорную корзину.
Это и в самом деле оказались банкноты — три по десять фунтов и одна двадцатифунтовая.
Восс только посмеялся над своей рассеянностью.
— Так вот почему Веддл всегда собственноручно очищал мою мусорницу. Интересно, сколько этот негодяй заработал на моей рассеянности…
Было уже почти четыре часа, когда после долгого разговора по телефону с начальником полиции я поднялся к себе в комнату.
Я из тех старомодных офицеров, которые привыкли вести записи о ходе расследования. Дайте мне огрызок карандаша и клочок бумаги, и я уложу все свои мысли на ограниченном пространстве. Вот каковы факты:
1. Убит очень богатый человек, владелец уединенного дома на берегу реки. Единственная на данный момент улика — отпечаток босой ноги на земле у дома.
2. Во время убийства в доме, запертая в комнате, находилась его личная секретарша, девушка, с которой он хотел заняться любовью, хотя и был женат. Сама она не могла запереться в комнате, так как ключ от двери был найден при обыске в кармане покойника.
3. Один из детективов, нанятый, чтобы охранять Филда, исчез, и мы обнаружили, что он является братом Веддла, слуги мистера Восса, того слуги, который поссорился и подрался с Филдом и угрожал отплатить ему по заслугам.
4. Веддл и Уиллс исчезли, однако на следующую ночь после убийства в окрестности появился неизвестный, который стрелял в меня и пытался убить мистера Восса.
5. Мистер Гарри Терстон, влюбленный в секретаршу Филда, имеет лодку, которая позволяет незаметно приблизиться к уединенному дому. Он утверждает, и это получило подтверждение, что в момент убийства или около этого курсировал по небольшой реке, где обнаружил негритянку, жену Филда, и молодого негра, сына Филда, в непосредственной близости от дома.
К моменту, когда я закончил писать все это, солнце уже вовсю светило в окна. Но сна у меня не было ни в одном глазу. Вот ведь странная вещь: когда вымотаешься до предела, то либо засыпаешь мертвым сном там, где сидишь, либо наоборот — внезапно становишься невиданно бодрым и жизнерадостным. Мой организм выбрал второй вариант. Я принял ванну, побрился, оделся, спустился вниз, открыл дверь и вышел наружу. День обещал стать великолепным: солнце взошло уже высоко, воздух был чистым и свежим. Я решил прогуляться через парк к Лоун-хаусу. Я знал, что детективы должны быть там, и надеялся, что кто-то из них уже встал и сможет приготовить мне кофе.
Я отправился в дорогу в прекрасном настроении, не зная ни сном, ни духом, что вскоре мне предстоит сделать открытие, которое коренным образом изменит мое отношение к делу.
Кажется, я уже говорил, что по дороге к месту, где река разливается небольшим озерком, нужно пройти через рощу Тэдпоул. Там на разные голоса распевали птицы, а утро было таким, что все мысли о полицейской службе, убийствах и ночных перестрелках начисто вылетели у меня из головы.
