Созданную «железом и кровью» империю Чингисхана вполне можно считать самой военизированной державой всех времен и народов. Основой империи была война — сначала за объединение степи, а затем за расширение ее пределов до «последнего моря». И такая всеобщая милитаризация работала на нужды этой непрерывной экспансии.
В созданном государстве не было ничего, что прошло бы мимо внимательного и мудрого правителя. И вот в конце концов наступил непривычный для Чингисхана мирный период, без войн и походов. Необходимо было направить все усилия исключительно на развитие и укрепление инфраструктуры всех сфер жизни общества.
Однако, как это ни парадоксально, мир и процветание принесли Чингисхану новые проблемы. Теперь стали заметны многочисленные интриги и мелкое соперничество между его приближенными, которые угрожали свести на нет все усилия хана по объединению племен. Чем большую власть он обретал, тем больше конфликтов возникало среди его ближайших приверженцев, а особенно внутри его семьи, члены которой считали, что недостаточно вовлечены во власть и что их доходы могут быть гораздо выше. Алчность всегда была катализатором ссор, раздоров, войн.
Конечно, ни о какой коррупции в окружении великого хана не могло быть и речи, поскольку в состав его советников практически не входили его родственники. Даже свою мать, которая имела большое влияние на сына, он отослал от себя вместе с ее младшим сыном, в обязанность которого, по монгольским традициям, входило хранить семейный очаг и заботиться о матери. Но своей близостью к носителю власти воспользовался тот, к чьему мнению Чингисхан прислушивался и которому доверял. Речь идет о шамане Чингисхана Тэб Тэнгери. Он снова и снова провозглашал, что Вечно Синее Небо благоволит к Чингисхану и сделает его владыкой мира. Он истолковывал сны и всяческие знаки таким образом, чтобы подчеркнуть удачу хана. Шаман играл его чувствами и доверием, всячески выказывая свою преданность, и в конце концов стал влиять на принятие ханом любых решений.
Тэб Тэнгери всячески использовал свое положение, чтобы обогатиться самому и сделать богатыми своих шестерых братьев, вместе с которыми он создал влиятельную коалицию. Почему-то в этом случае Чингисхан проявлял несвойственную ему слепоту, не замечая, как создается мощный союз, интересы которого противостоят интересам государства. Дело еще было в том, что шаман пользовался такой поддержкой со стороны монголов, с которой могла сравниться только их любовь и уважение к самому Чингисхану. Шаман и его окружение так осмелели, что однажды избили Хасара — кровного брата хана. Тот пожаловался Чингисхану, но вместо поддержки дождался только насмешек: мол, Хасар, который долгие годы считался самым сильным человеком племени, не смог справиться с нападавшими. Как повествует «Сокровенное сказание», Хасар даже расплакался от стыда. В гневе, страхе и от унижения он не разговаривал с Чингисханом еще три дня. Такая реакция повелителя воодушевила Тэб Тэнгери на дальнейшие интриги.
Расхрабрившись после победы, одержанной над Хасаром, хитрый и вероломный шаман решил поиграть на самых тонких струнах души Чингисхана. В одном из разговоров предсказатель сообщил ему, что он видел сон, в котором хан правил всей империей, но в другом сне он якобы видел на его месте Хасара. Он советовал избраннику Неба немедленно принять меры против своего брата, чтобы устранить угрозу. Словно завороженный словами человека, которому доверял, как самому себе, Чингисхан немедленно приказал посадить под арест Хасара и лишил его власти над воинами отряда. Этого не могли не заметить окружающие.
Первой отреагировала на происшедшее мать Чингисхана. Она жила в одном дне езды от ставки хана. Всю ночь ехала она в ставку к сыну, чтобы раскрыть ему глаза на лжеца, которому всегда такой рассудительный и прозорливый хан слепо доверял. Согласно «Сокровенному сказанию», Чингисхан был крайне удивлен, когда его мать влетела в его шатер, развязала Хасара, надела ему на голову шапку и помогла завязать пояс. После этого она обрушила гневную речь на своего сына, который уже не в первый раз позволял себе жестокость по отношению к родным братьям. Наверняка, отчитывая Чингисхана за неоправданное наказание Хасара, она вспомнила страшное братоубийство. Это были дела давно минувших дней, о которых могут забыть или сделать вид, что забыли все, но не мать. Сердце Оэлун обливалось слезами, когда она вспоминала о смерти Бектера. Тогда она проклинала Темучжина и на этот раз почти в тех же выражениях обвиняла его в плохом отношении к младшим братьям. Чингисхан, пристыженный матерью, отпустил Хасара и вернул ему полномочия. Но боль, причиненная этими событиями, оказалась слишком сильной для Оэлун. Вскоре после этого разговора с Чингисханом она умерла. Хан считал себя виновным в ее скоропостижном уходе. Еще одна смерть, которой могло не быть, которую он мог предотвратить.
