Не все из основанных Батыем поселений превратились в города. Но сам факт их появления свидетельствует о том, что правитель Улуса Джучи придавал большое значение обустройству своих земель, организации правильного сообщения между отдельными частями государства. Упомянутые поселения предназначались главным образом для обеспечения безопасности и удобства послов и купцов, разъезжавших по бескрайним пространствам Дешт-и-Кипчак. Известно, что Бату покровительствовал купцам, прибывавшим к нему с товарами из разных стран, давал им льготы и, как правило, платил больше, нежели они запрашивали. Ту же политику будут проводить и его преемники.
Это сближение, налаживание новых связей, охрана торговых путей обернется катастрофой, более страшной для Европы, нежели нашествие Батыя. Речь идет о пандемии чумы — Черной Смерти, которая всего за несколько лет вместе с торговыми и посольскими караванами и морскими судами распространится по всему миру — от Южного Китая до Дешт-и-Кипчак, низовий Волги и Причерноморья, а затем и до самых удаленных уголков Европы и Ближнего Востока. Последствия будут чудовищными: смерть не пощадит никого, выкашивая города и целые области. Таково еще одно отдаленное последствие монгольских завоеваний. Конечно, к самому Батыю оно не имеет прямого отношения, а вот к истории основанной им Золотой Орды имеет, и даже очень.
А к моменту завершения своего похода на Европу, свернув завоевательную деятельность, Бату наконец-то смог «предаться забавам и удовольствиям», что он и сделал — особенно после того, как помог Мунке стать великим ханом. Но его деятельная натура не позволяла ему надолго устраняться от государственных дел. Он восстанавливал города, много внимания уделяя развитию городской инфраструктуры и торговли. И не только он. Археологические находки на территории бывшей Золотой Орды позволяют предположить, что правители Улуса Джучи со времен Бату оказывали покровительство местным ремесленникам, в произведениях которых сочетались элементы монгольского, тюркского, мусульманского и даже европейского стилей. Кроме того, есть версия, что Бату строил и новые города, например Сарай-Бату, но историки факт его существования подвергают сомнению. Кроме того, по некоторым сведениям, Бату был основателем и ряда других городов — Крыма на Крымском полуострове, Маджара на Северном Кавказе, Укека и Казани в Поволжье и южнее их — Хаджи-Тархана, Сарайчука на Урале.
Подводя итоги военным кампаниям 1237–1242 годов, можно, утверждать, что, согласно некоторым источникам, «только Русь осталась под татарским владычеством». Такой точки зрения придерживался русский востоковед и тюрколог В. В. Бартольд. На наш взгляд, это преувеличение, хотя, в силу авторитета этого выдающегося ученого, это заявление долгое время воспринималось как непреложная истина.
Сразу по возвращении из Венгрии Бату вынужден был подавлять мятеж только что покоренных народов Поволжья. Вероятно, и позднее в различных областях Волжской Булгарии продолжали вспыхивать отдельные выступления. В течение всего своего правления Бату так и не подчинил окончательно северокавказские племена — аланов, черкесов и др.: их подчинение завершил уже в конце 1270-х годов его внук Менгу-Тимур. Непростая ситуация складывалась и на южном побережье Крыма — в течение ряда лет жители этой области находились в противостоянии с монголами. Сложная обстановка после завершения западного похода монголов привела к тому, что во многих областях власть правителя Улуса Джучи ограничивалась взиманием с них налогов и сборов.
1242–1243 годы можно считать «поворотной датой» в жизни Батыя: он наконец-то вернулся в низовья Волги и начал принимать у себя вассальных правителей и послов иностранных государей. Однако его контакты с вассалами и дипломатами исчерпывались тем, что он выслушивал их и отправлял в Каракорум — к великому хану, который и выносил решение в отношении каждого из прибывших!
Русские историки так описывают деятельность Бату, что создается впечатление — он занимался исключительно делами русских князей. Но это не соответствует действительности. Не меньшее внимание он уделял своим вассальным государствам в Поволжье, Иране, Закавказье и Малой Азии. Просто сложилось так, что русские князья не сразу пришли к мысли о сотрудничестве с Бату. Поэтому во многих городах были вначале поставлены наместники главы Улуса Джучи.
Первыми установили отношения с Бату князья Северо-Восточной Руси — Владимиро-Суздальского и Ростовского княжеств. Уже вскоре после возвращения Бату из Центральной Европы в его ставку прибыл Ярослав Всеволодович, новый великий князь Владимирский.
