Вернадский писал: «Дана указал, что в ходе геологического времени, говоря современным языком, т. е. на протяжении двух миллиардов лет по крайней мере, а наверное много больше, наблюдается (скачками) усовершенствование – рост – центральной нервной системы (мозга), начиная от ракообразных, на которых эмпирически и установил свой принцип Дана, и от моллюсков (головоногих) и кончая человеком… Раз достигнутый уровень мозга (центральной нервной системы) и достигнутой эволюции не идет уже вспять, только вперёд».
Требуются некоторые уточнения. Центральная нервная система начала формироваться примерно 600 миллионолетий назад. Достигнутый уровень цефализации в некоторых редких случаях терялся. Мы говорили, что такая деградация характерна для паразитических организмов.
Одноклеточные – сложнейшие существа. В высшей степени маловероятно, как мы уже говорили, их случайное происхождение. Они прекрасно существуют сами по себе. Какой смысл может иметь их объединение в единый организм?
Биогеохимическая активность каждого организма при этом уменьшается, ибо его энергия дополнительно тратится на внутренние нужды. Никаких преимуществ перед одноклеточными не достигается. Напротив, многоклеточные более уязвимы: они постоянно вымирают, хотя и порождая новые формы.
Как писал биолог-мыслитель и отчасти антидарвинист А.А. Любищев (1890–1972): «Низшие организмы совершенно нельзя назвать хуже приспособленными, чем высшие. С точки зрения приспособления термины “прогресс” и “регресс” не имеют никакого смысла». Более того, низшие обычно в этом отношении превосходят высших.
Чем основательнее изучают одноклеточных, тем сложнее они выглядят анатомически, физиологически и в поведении. Выделено от 7 до 9 типов и более 70 тысяч видов простейших. Некоторые из них могут одинаково считаться и растениями, и животными. Известны среди них автотрофы, хищники, паразиты.
Принято считать, что многоклеточные произошли от одноклеточных. Хотя не исключён и другой вариант: формирование одноклеточных началось с образования сгустков коллоидов, клеточная структура у которых ещё не оформилась. Они могли находиться в илистой среде. Внешние части таких сгустков активно с ней взаимодействовали, обретая повышенную плотность. А внутренние части получали возможность дальнейшего развития за счёт вещества и энергии своего окружения…
Важен сам факт: первые три четверти палеонтологической летописи планеты посвящены исключительно бактериям, одноклеточным водорослям, простейшим организмам, которые, безусловно, чрезвычайно сложны.
Многоклеточные водоросли, медузы появились в заключительном вендском периоде докембрия, приблизительно миллиард лет назад. Клетки у них мало различались между собой. Вряд ли увеличение числа клеток и последующая их специализация давали какие-то выгоды. Великое множество организмов нормально существует, а то и процветает без нервов и головного мозга. От этого они не испытывают никаких неприятностей. (А можно ли испытывать неприятности без нервной системы?) В отличие от многих видов млекопитающих они не собираются вымирать и теперь.
Даже наиболее просто устроенные организмы более или менее целесообразно реагируют на изменения внешней среды. Хотя обычные клетки, обременённые множеством забот (питание, выделение, размножение, взаимодействие с соседями), не отличаются расторопностью. У губок, например, передача раздражения идет со скоростью около 0,2 см/с.
Отдельные клетки тоже со временем усовершенствовались. Мышцы черепахи проводят возбуждение уже со скоростью 1,5 см/с, белые мышцы кролика – около 10 см/с, а человека – до 13 см/с. Рекорд принадлежит калифорнийскому насекомоядному растению – мухоловке (20 см/с).
Происходят эволюционные изменения (прогрессивные по скорости реакции клетки на раздражение) в одном направлении у разных групп животных и даже растений. Последние в этом отношении даже держат первенство! Не возникает ли у них нечто подобное нервной системе?
Цефализация начинается с появлением у животных нервных клеток. Они служили для передачи раздражений, регуляции движения и питания, то есть для более тесного и упорядоченного взаимодействия клеток друг с другом и окружающей средой. Нервный импульс стал передаваться в десятки и сотни раз быстрее, со скоростью нескольких метров в секунду.
Начался естественный отбор организмов, у которых эти клетки действовали наиболее активно. Это понятно. Но почему, каким чудом вдруг у целого ряда особей возникли первые ещё несовершенные нервные клетки?
Улучшение – одно, а создание чего-то нового – другое. На примере эволюции техники такое различие очевидно. Обретение новых качеств – это скачок на более высокий уровень. Модернизация лопаты не превратит её в экскаватор; можно на разные лады совершенствовать лук и стрелы, но огнестрельное оружие так не возникнет. Требуется множество творческих поисков и решений, далёких от данной отрасли.
