Что это за «кадры разведки», Яковлев не пояснил. Обычно резидентуру курировал один из секретарей посольства, который взаимодействовал с начальством в КГБ напрямую, не информируя посла. А назначал секретаря посольства глава МИД по представлению всё того же КГБ. Так что мнение посла в таких делах никого не интересовало. Его привлекали к делу, если только возникала критическая ситуация, чреватая международным скандалом. Исключения возможны, но только в том случае, если сам посол был кадровым сотрудником спецслужб.
Судя по всему, Яковлев решил как-то оправдать встречи с главой КГБ, и в своей книге нечаянно «проговорился». Отсюда следует, что была очень важная тема для его бесед с Андроповым, причём эта тема была настолько засекречена, что даже нельзя было использовать спецсвязь. Ради этих встреч Яковлев и прилетал Москву. Но если заново проанализировать события, предшествовавшие назначению Яковлева послом в Канаду, то возникают кое-какие подозрения.
В 1972 году создаётся IIASA, своеобразная площадка, которая позволила свободно общаться российским и западным учёным, естественно под присмотром спецслужб. Понятно, что не Брежневу пришла в голову столь богатая идея – такие проекты заранее прорабатываются в КГБ. В том же году «Литературная газета» публикует статью Яковлева, которая вызывает неудовольствие в Политбюро, и в результате ответственный работник ЦК попадает в опалу. Как правило, в подобных случаях проштрафившегося чиновника направляют послом в Монголию или на Кубу, но с Яковлевым всё не так – он получает назначение в Канаду. Такое решение наверняка было принято по рекомендации руководства КГБ. И между прочим, от Оттавы совсем недалеко до Вашингтона.
А что если провокационная по содержанию статья Александра Яковлева была написана только для того, чтобы «сослать» его в Канаду, а заодно навесить ярлык отверженного и тем самым вызвать сочувствие, а затем и доверие Пьера Трюдо, тогдашнего главы правительства Канады? В своей книге Яковлев признаёт, что между ними установились весьма тёплые, дружеские отношения. Таким вот необычным образом началось наведение мостов между Андроповым и представителями Запада. Но какова была конечная цель этого мероприятия?
Судя по всему, Андропов, став в 1967 году главой КГБ и получив огромную власть, решил сыграть в свою игру – постепенно модернизировать политический режим и осуществить либерализацию экономики. По мнению Полторанина, Андропов и Косыгин «хотели оставить демократический социализм, но при этом разрешить частную собственность». Вполне логично, что «заговорщики» решили заручиться поддержкой ведущих западных стран, и прежде всего США, поскольку Советский Союз не имел достаточных средств для реформирования экономики и не мог рассчитывать на приобретение современных технологий.
Впрочем, кое-какие финансовые резервы были, но предназначены они были для использования в критической ситуации, если бы возникла угроза существованию советской власти. По словам Виктора Геращенко, бывшего председателя Госбанка, перед развалом Советского Союза в Госбанке СССР существовали «три кассы, набитые деньгами» – касса ЦК КПСС, касса КГБ и касса Госбанка. Только в ведении КГБ было 25 миллионов долларов. Однако все эти деньги бесследно исчезли к концу 1991 года.
Один из «младореформаторов», Андрей Нечаев, ссылаясь на письмо председателя Госбанка президенту СССР, утверждал, что золотовалютный резерв составлял 240 тонн, в то время как мировые рынки всегда оценивали его в 1300 тонн. Однако за последние два года перестройки запасы золота значительно уменьшились – от них осталась едва ли пятая часть. Куда же всё это подевалось?
Полторанин, ознакомившись с секретными документами КПСС, написал в своей книге, что курьеры КГБ вывозили золото за рубеж, где оно переводилось в валюту, а вырученные средства предназначались для поддержки коммунистических режимов, однако часть этих средств оседала на секретных счетах КГБ. Логично предположить, что эти деньги использовались и для финансирования агентуры КГБ. Впрочем, объёмы вывозимого золота были таковы, что следует сделать вывод – замышлялось нечто грандиозное. Вот мнение Михаила Полторанина:
«По отработанной схеме сливал за рубеж богатство страны и Совмин. Вот он распорядился выдать Госбанку СССР 50 тонн чистого золота. Гохран передал это золото Госбанку. <…> Госбанк передал это золото во Внешэкономбанк СССР… Курьеры с мандатами КГБ вывезли золото за рубеж и положили в хранилища совзагранбанков-филиалов Внешэкономбанка – в Лондоне, Париже, Женеве и Сингапуре. Официальная «крыша» операции – закупка продуктов питания для тех же шахтеров. <…> Оно уже продано ювелирным фирмам, а деньги положены на анонимные счета определенных людей».
О том же написал и Владимир Буковский в книге «Московский процесс» (часть 2):
