Когда же Павла арестовали и посадили, он и думать забыл о бывшей коллеге. Стоило ему вернуться домой, куда летел на крыльях и считал секунды, когда наконец сможет обнять любимую Ульяну. Опешил, услышав от Ульяны что-то о любовнице. Никак он не воспринимал пьяный инцидент с Мариной, как отношения с кем-то кого можно назвать громким словом «любовница». Но глядя в глаза жене, понимал. Для нее неважно сколько раз и при каких условиях у них случился секс. Он ей изменил и для Ульяны это предательство. Готовился защищаться, клясться, что ничего не было и уверять в любви. Марину можно было выставить в качестве влюбленной дурочки. Вот только очень быстро Паша понял, что Ульяна не поверит ему.
Но гораздо большим ударом для него стала следующая новость. Узнать, что жена продала себя, ради его спасения, оказалось настолько невыносимо, что кажется у него что-то перемкнуло в мозгу. Он не мог принять тот факт, что его любимая, нежная и верная Ульяна спала с кем-то еще, пока он мечтал о ней, принимал побои и каждое мгновение улетал мыслями к ней родной.
Возможно повлиял еще выпитый во время застолья алкоголь, потому что ему нестерпимо захотелось наказать ее, унизить, показать, что она может быть только его. Не верил в реальность происходящего, пока не услышал из ее уст признание в любви к другому человеку. Именно оно отрезвило его.
Словно удар под дых, вышибло из головы весь хмель. Увидел её скрученную под собой и ужаснулся тому, что чуть не совершил. Никогда не поднимал руку на нее и тем более не брал силой. Понял, что натворил, лишь когда Ульяна в слезах убежала из дома, а он разнёс в гневе пол кухни. Такой мучительной боли он не испытывал никогда в жизни. Его словно пропускали через мясорубку, дробя кости и перекручивая органы. Ему выть от боли хотелось. Сполз по стене, крича, словно дикий зверь, не веря до конца в то, что потерял ее, но ощущая как его мир перевернулся с ног на голову.
Всю ночь промаялся, представлял, как она там с другим мужчиной. Под другим. Перед другим. Морщился, плакал, ненавидел ее, себя и самое главное того другого, что так великодушно выручил ее в трудную минуту. Да если б он знал, что цена его свободы будет настолько велика, то ни за что не согласился бы на бл*дскую сделку. Лучше подохнуть на нарах, чем не просто знать, что жена стала шлюхой ради его спасения, так то, что он ей после этого на хрен не нужен.
Быть ненужным, забытым, нелюбимым, оказалось невыносимо больно. Пытался заглушить эту боль коньком, но она лишь разгоралась ярче. Ему хотелось руками разорвать грудную клетку, лишь бы прекратить эту пытку.
Отключившись на пару часов тревожного, мучительного сна, проснулся с мыслью, что Ульяна нужна ему, даже такой. И он должен вернуть ее во чтобы то ни стало. Иначе, не сможет жить дальше. А для начала, нужно сесть и спокойно все обсудить.Они взрослые люди и смогут договориться. В конце -концов у них дети. Не хочет же она разрушать семью из-за какой-то интрижки. Черт. Даже думать об это не мог. Но как мазохист снова и снова представлял ее с этим выблядком Робертом. Подонком, воспользовавшимся ее слабостью. А она глупышка, поверила и приняла его за спасителя.
Все верно. Это он – Роберт во всем виноват и должен поплатиться за разрушенную семью и чужое счастье. Нужно просто открыть Ульяне глаза на ее «героя» и тогда все станет таким же, как и прежде. Но для начала, нужно извиниться.
Поэтому Паша поспешил забрать сыновей из детского сада раньше, чем заканчивается рабочий день у жены. Она совершенно точно вернется домой к детям. И тогда они смогут спокойно поговорить. Без нервов и лишних эмоций. Он будет стараться не выйти из себя. Ради них, ради их семьи, ради нее.
Дверь открылось и Паша затаив дыхание смотрел, как она осторожно перешагивает порог их квартиры.
Вошла с улыбкой смотря на сыновей, высыпавших в коридор встречать маму. Красивая, в легком розовом платье и бежевых туфлях. Такая красивая, что дух захватывало. Он наблюдал за ней с детьми и сердце щемило от нежности. Как Матвей обнимает Ульяну, как она целует детей, сколько в ней любви и как повезло их детям с такой мамой. Вот его семья. И нет ничего дороже у него в жизни, чем эта женщина и двое мальчиков. И какой он был дурак, что не уделял им должного внимания. Плевать на море, на деньги плевать, когда такое счастье рядом, достаточно лишь руку протянуть.
Но тут Ульяна подняла лицо, взглянув на него. И Пашу словно ошпарило от отвращения в ее взгляде. Она поспешила вернуть внимание сыновьям, пройдя с ними на кухню и начав разгружать пакеты, в которые мальчики сразу же засунули любопытные носы и с трудом утащили к столу.
