Вот она снова начала! Уже столько раз ей отказал, а она все никак не оставит эту мысль. Она потребовала, чтобы я сел с ней рядом, только тогда у меня появится право слушать ее рассказ дальше. Очередное безобразие! К счастью, в этот момент мы уже вошли в рощу, вокруг не было ни души, да и я устал, можно и с ней рядом посидеть. Я полагал, что только я сяду, как она снова выдвинет какие-нибудь требования, поэтому, перед тем как сесть, тоже потребовал, чтобы, сев, она во всем слушалась меня. Она согласилась, и только тогда мы уселись, она начала говорить. Она сказала, что усложнение кода и ключа к нему – это современная тенденция на пути их развития, но сложность эта ограничена возможностями самой беспроводной связи, особенно дальней по расстоянию и с множеством вышек радиосвязи – ключ в таком случае обычно спрятан в самих шифровках:
– Взять, к примеру, «Энигму». Вы знаете, что является ключом к такому коду высшего уровня?
– Нечетные дни – первые три группы кодов, четные – последние три группы.
– Да, и это было скрыто в сообщениях. Почему же обязательно использовались именно сообщения?
– Потому что они проходили через много станций, а тем более дело было во время войны, менялись радиоточки, менялись люди. Если сделать по-другому, например, создать специальную таблицу ключей, то при внезапной смерти человека, у которого находится таблица, сообщение было бы парализовано.
– Именно так. «Возродим былую славу № 1» – код, разработанный Скинской для американских военных, а Америка начиная со Второй мировой войны занимается военной экспансией. Их войска повсюду, они рассыпаны по свету, и сетей множество, можно сказать, что это предопределило невозможность создания отдельной таблицы ключей к коду.
– Угу, если бы существовала специальная таблица ключей к коду, то он не подходил бы тогда для шпионской сети, используемой Гоминьданом.
– Верно, Гоминьдан использует код «Возродим былую славу № 1» в качестве средства связи Тайваня и агентов в материковом Китае. И это еще придает уверенности в том, что этот код неотделим от самих шифрованных сообщений. Потому что агенты действуют разрозненно, действия сотрудников очень ограничены, и если код не будет содержаться в шифровках, то это может привести к параличу связи.
– Угу.
– Поэтому я уверена, что ключ к «Возродим былую славу № 1» скрыт в шифровках. Но каким образом? Если, как в «Энигме», нечетные дни обозначают такие-то группы кодов, а четные – другие, вряд ли это приняли Скинская или американские военные, которые ее наняли. Она наверняка смогла в условиях ограничений, от которых невозможно избавиться, найти новый проект ключей к коду – более подвижный, изменчивый. А потом я еще вспомнила те математические положения, которые в ранние годы изобрела Скинская, например «принцип тени». Его еще называют «принцип пропускания света» или «принцип сот». Суть этого принципа – через постоянную установку в виде сот с помощью мобильного источника света можно отделить черное от белого или свет от тени. У меня сейчас нет под рукой аппарата, чтобы вам продемонстрировать.
– Я могу представить. Например, над нами была бы крыша в виде пчелиных сот, тогда свет проникал бы через дыры отдельными лучами.
– Да, и какая польза от этого? Если вы сможете поддерживать такую же скорость перемещения, что и лучи солнца, то будете всегда оставаться в тени. Это имеет огромное значение для наших дальнейших разработок космических технологий.
Я боялся, что в своих рассуждениях она далеко отойдет от нашей изначальной темы, поэтому напомнил:
– Давайте все-таки поговорим о наших ключах к коду.
– Я как раз сейчас делаю модель аппарата ключей к коду. Вот закончу, покажу, и вы все поймете.
Мои глаза невольно округлились:
– То есть вы постоянно стучите в своем кабинете, потому что делаете аппарат для декодировки из этих штуковин, похожих на бутылки и шары для боулинга?
– Да, а вы думали, чем я там занимаюсь?
Я смущенно ответил:
– А начальник Чэнь даже считает, что вы там в какие-то странные игры играете.
Она хмыкнула:
– Что вы за люди? На все смотрите «через цветные очки», искажающие восприятие!
Я поспешил извиниться со словами, что неправильно ее понял. А она в ответ тихо рассмеялась и кокетливо сказала, что для нее главное – чтобы я правильно понял ее любовь, а до другого ей нет дела. Говоря это, она взяла меня за руку. Хорошо, что я заранее обговорил, что она должна действовать, как я сказал, а то она сейчас точно вела бы себя неподобающе.
После ухода Хуан Ии я все еще оставался в роще и бродил там вокруг огромного дерева, как сумасшедший Цзян Нань. Я смотрел на крону дерева и на небо над ней и вспоминал те дырки, которые сверлил плотник в доске. Я словно увидел свет, просачивающийся через эти дырки, а вместе с этим светом просачивалась и разгадка кода «Возродим былую славу № 1». В тот момент я подумал, что сумасшедший Цзян Нань целыми днями ходил вокруг дерева и что-то бормотал себе под нос из-за той иллюзорной радости от взлома «золотого кода». И я отчетливо почувствовал такую же сумасшедшую иллюзорную радость.
