Он вернул Пеллеу радио с вздохом, зная, что не мог ожидать ничего лучшего. Его корабль находился в глубоком космосе, регионе, неудобно расположенном между Империей, Республикой Ротам и Полярными конфедеративными государствами, и в основном игнорировался крупными державами. Подобно тому, как радио перешло из рук в руки, голос солдата прозвучал над ним.
– Вторая команда нашла что-то в портовой четверти третьей палубы.
– В контейнерах для хранения? – спросил Кельвин.
Пеллеу поднял радио к его рту.
– Что такое, сержант?
– Вам лучше подойти сюда, сэр.
Пеллеу обратился к Кельвину за подтверждением.
– Вы слышали его. Пошли.
– Это два пропавших солдата, – сказал майор Дженкинс.
Двое мужчин лежали на полу рядом с открытым контейнером для хранения, где, по-видимому, они были спрятаны. Доктор Монте Блэр опустился на колени над одним, медицинская сумка была сбоку.
– Они мертвы? – спросил Кельвин.
– Нет, просто без сознания, – сказал Монте. – Быть в ловушке в смятом положении в течение часа не очень хорошо для суставов, но и это не самое худшее в галактике. Этим людям повезло. Я не вижу ни порезов, ни следов от зубов, ни даже синяков. Я не уверен, как ликан вывел их из строя.
– Если это он сделал.
Кельвин думал о пропавшей записи с камер наблюдения. И о том, что даже ликан не должен был проскользнуть мимо силового поля. В конце концов, это было
– Думаете, это был один из наших? – спросил капитан Пеллеу.
– Нельзя исключить.
Кельвин наклонился, чтобы посмотреть на солдат без сознания.
– Либо это, либо кто-то другой был на транспорте, кроме оборотня.
– И сканеры Ночного ястреба пропустили их? Невозможно, – сказал Пеллеу. – Корабль такого размера на виду у всех? У нас лучшее оборудование во флоте, и мы запечатали этот корабль после того, как наш последний солдат вернулся на борт. Мы бы точно кого-нибудь увидели.
Кельвин пожал плечами.
– На данный момент я готов поверить во что угодно. И подозревать кого угодно. Учитывая то, что случилось за последнее время, я больше не думаю, что это безумие.
Он встал на ноги и разгладил форму.
– Монте, немедленно доставь этих людей в лазарет. Я хочу, чтобы они оставались там до тех пор, пока у нас не будет возможности их допросить. Дай мне знать, как только они придут в себя, – Кельвин посмотрел на майора. – Дженкинс, мне нужно, чтобы вы отправили несколько человек в лазарет на время.
– Согласен, – майор кивнул. – Капитан Пеллеу, проследите за этим.
– Сию минуту, сэр.
После оповещения Саммерс о ситуации на нижней палубе Кельвин освободил очень усталую активную команду от затянувшейся смены. После того, как замещающие офицеры заняли свои посты, а его второй офицер занял командную позицию – со строгим приказом сообщить Кельвину, если случится хоть малейшее событие – Кельвин ушел. Переход с офицерами на нижние палубы, во всеоружии, группой – как он и приказал. Они высаживали одного человека за раз, когда его или ее помещения были достигнуты.
Саммерс хотела остаться на борту, но Кельвин настоял на том, чтобы она отдохнула. Она согласилась только при условии, что Кельвин тоже отдохнет. Он сомневался, что сможет спать, но предпочел расслабиться в уединении. И он знал, что если он позволит своему стрессу переполнять его, это нарушит его суждения.
Они добрались до его каюты на пятой палубе, и он ушел и запер дверь. Он не был уверен, что тройное уплотнение остановит оборотня, так как он никогда не сталкивался с ним раньше, но это, по крайней мере, замедлит его. Он не раздевался, только снял обувь. Затем он забрался на свою кровать и уставился в потолок, делая медленные, глубокие вдохи.
– Выключить свет, – сказал он, и свет выключился.
Все было тихо, за исключением легкого ветерка, проникающего через вентиляционное отверстие. Спокойно и мирно. Он закрыл глаза, пытаясь закрыть свой разум для многих вопросов, вращающиеся внутри него, как бушующая буря. Но безрезультатно. У него было слишком мало ответов, и его разум был таким: он был вынужден напоминать о каждой загадке и тайне, пока та не будет решена. И их было слишком много.
Выбор Рейдена в нападении на грузовые суда Ротама – жертва всего ради «блага Империи», странное сообщение, которое Кельвин получил на Праксисе до суда, исчезновение
Теперь это было слишком много информации для обработки. Ему казалось, что он думает в замедленном темпе. Уставший, с расплывчатым разумом и головокружением.
Он потратил большую часть часа на то, чтобы разгадывать эти неразрешимые загадки, прыгая между ними бессмысленно, до бесконечности. Интересно, сколько из этих головоломок связано друг с другом. И сколько из них появились просто не вовремя.
