К лету текущего года линия фронта подошла к рубежу Витебск – Орша – Жлобин. Образовался крупный клин, как бы вбитый в территорию СССР, – так называемый Белорусский балкон. Дела на этом участке шли неважно, но наличие «балкона» сдерживало наступление. На Украине действия Красной Армии сопровождали крупные успехи, республика полностью была освобождена, немцы понесли тяжелые потери в разгромных «котлах». А на белорусском направлении все выглядело скромнее. Прорваться к Минску не удавалось, все попытки завершались провалом. В полосе действия 1-го и 2-го Белорусских фронтов возросла активность вражеской агентуры. Инфраструктура уничтожалась, коммуникации рвались. Диверсанты планомерно отстреливали представителей командования. В штабах частей и соединений орудовали «кроты», ценные сведения о численности и перемещениях войск уходили за кордон. В войсках, готовящихся к наступлению, намеренно сеялся хаос. Это следовало пресечь, то есть обезглавить агентуру, окопавшуюся в тыловых структурах.
Похоже, Романов оказался в нужном месте, на подобную удачу руководство контрразведки не рассчитывало. Это и обусловило решение довериться «воскресшему» сотруднику.
У контрразведки имелись сведения, что в Бургундии действует объект «Кримхильда» – мозговой центр абвера. Именно сюда стекались сведения о деятельности агентов на Восточном фронте, здесь они подвергались анализу, отсюда рассылались директивы и указания в прифронтовые отделы, а из них – на места. Объект был засекречен и намеренно помещен подальше от действующих армий. Современный уровень техники позволял мгновенно связаться с любой структурой и получить необходимые данные. С абвером в последнее время происходило что-то неладное. Структура вышла из доверия фюрера, в ее недрах зрели заговоры, офицеров не устраивала политика Гитлера. И это отражалось на работе. Но тем не менее военная разведка вермахта все еще оставалась влиятельной силой, с которой приходилось считаться… Объект располагался в старом поместье Аршерон в окрестностях городка Марли. На территории действовал режим секретности.
Павлу что-то подсказывало, что секретность у линии фронта и секретность в далекой Бургундии – это две разные вещи.
Также сообщалось несколько имен высокопоставленных сотрудников объекта, располагавших нужными сведениями. Предпочтение отдавалось барону Вальтеру фон Брауху, полковнику разведки. Именно он занимался восточным направлением и представлял целый кладезь знаний. Романову поручалось добыть ценного языка и провести с ним ряд познавательных бесед, содержание которых надлежало немедленно переправить в центр. Как именно это сделать, в послании не сообщалось, но сведения о вражеской агентуре должен был предоставить в сжатые сроки.
Секретничать смысла не было. К тому же в чужом монастыре да со своим уставом.
– Вот черт, – озадаченно почесал макушку Истомин. – А ты идешь в гору, Павел Сергеевич, молодец… Ну что ж, это дело накладывает на нас дополнительную ответственность. Отказать тебе в помощи мы, конечно, не можем.
– Ага, откажешь им, – фыркнул Резник.
– Помолчи, Сан Саныч, – поморщился командир, – твое мнение о наших органах никого не интересует… Ты ведь в победе над нацистами заинтересован, нет? Будь добр отнестись уважительно и с пониманием.
– Так я отношусь… – пожал плечами Резник. – Готов всячески содействовать.
– «Кримхильда», «Кримхильда»… – забормотал Истомин. – Будь я проклят, где-то ведь слышал это понятие…
– Супруга Зигфрида из древнегерманского эпоса, – подсказал Резник. – А Зигфрид – былинный персонаж, что-то вроде нашего Ильи Муромца, только с фашистским уклоном.
– Вот умеешь ты объяснять, – похвалил Истомин. – Быстро, сжато и понятно.
– А городок Марли – это здесь, – ткнул пальцем в карту Резник. – Одно название, что городок, – большая деревня. Там предгорья начинаются, много холмов и озер. Верст восемь от нашей базы, можно за шесть часов добраться, если маршрут знать. А если не знать, то часов десять-двенадцать.
– Крюк не дальний, – оценил Истомин. – Считай, что повезло, Павел Сергеевич, в самую точку твои старшие товарищи попали. Как насчет поместья Аршерон, Сан Саныч?
– Я вам что, энциклопедия? – удивился Резник. – Марли знаю, Аршерон – нет. В этой местности старинных замков и поместий как в России курятников. Стоит у людей расспросить – может, кто знает.
– Ну добро, – помедлив, изрек Истомин. – Считай, что мы прониклись, майор. Дело стоящее, собирайся в командировку. Пока не вернешься, будем тише воды, ниже травы – никаких террористических, стало быть, актов. Сам собери себе команду, выбери, кого считаешь достойным. И к вечеру отваливай, нечего резину тянуть… В западном направлении до Маффина есть горная тропа, мы контролируем изрядный ее кусок, немцев там нет, но можем подстраховать. А дальше уж сами – свет не дальний.
– Возьмешь меня, Павел Сергеевич? – внезапно попросился Резник. – С местностью знаком, не подкачаю…
