Вестей с востока и из Родограда уже не доходило до него несколько дней, потому он действовал по своему первоначальному замыслу, а замысел его был весьма прост - отступать на юг, пока войско чуди не оставит их в покое, переключившись на Родоград. Его воины были напуганы, они устали, да и сам он не горел желанием встречаться с чудью. Такая сильная магия могла напугать даже его, высокого и бравого воина, одного из самых храбрых во всей земле. Он не был мощным, но был вертким и быстрым, приемы его были точными и хваткими; он мог быстро и незаметно оставить человека безоружным, скрутив ему руки за спиной или поставив подножку. Но даже он слишком дорожил своей жизнью и свободой и не прочил себе судьбу великого Велибора, который, по последним вестям, был сейчас в плену в Темном Замке. Кто знал, что с ним сделает в итоге эта нечисть: могли они и вечно гноить его в темнице, а могли и сделать одним из "своих". Это было не время героев, говорил он часто себе, это было время выживания, когда хитрость и мудрость значили намного больше, чем вся храбрость и сила вместе взятые.
Вдали он увидел своего слугу, молодого мальчика, который бежал к нему навстречу. Мечеслав остановился, дожидаясь его. Запыхавшийся юноша принес ему письмо, завернутое в трубку и спаянное печатью. Своими большими пальцами он взял сверток.
- Родоград? - спросил Мечеслав.
- Нет, - отрицательно помахал головой мальчик.
Мечеслав кивнул головой и направился в шатер, где развернул сверток, быстро пробежался глазами, а затем разорвал на мелкие кусочки. Ни дня нельзя было провести спокойно; вновь нужно было поднимать воинов и двигаться на юг, отступать. Он вышел из шатра и пошел к людям, чтобы отдать приказ к сбору; затем вновь вернулся в свой шатер: после плотного обеда ему хотелось вздремнуть, хотя ненадолго, пока собирали обозы. Мечеслав растянулся на лежаке и задремал; но вскоре он проснулся от ропота людей снаружи: что-то происходило там, и он, как настоящий воин, чутко слышал такие вещи и быстро просыпался. Он вскочил на ноги, схватил ножны и быстро надел их на пояс. Он осторожно вышел из шатра и увидел, как воины окружили нескольких всадников, что-то крича. Он пытался разобрать, но не мог: слишком хаотичны были крики. Что за беспорядки, недовольно подумал он, и ринулся вниз с холма, прямо в толпу, с силой расталкивая всех на своем пути. Пробравшись к незнакомцам, он на мгновение остолбенел. Во главе всадников был сам Велибор. Мечеслав сразу переменился в лице: страх и подобострастие мелькнули в чертах глаз, бровей, скул, губ, резко сменившись удивлением и радостью.
- Велибор! - кричал он радостно и немного нервно, - ты ли это! Слава небесам!
Велибор спустился с коня и обнял старого друга.
- Мне нужно срочно с тобой, - сказал он Мечеславу, идя с ним в шатер, - Новак, Сбын и Ружик следовали за ними в шатер.
- Как же ты здесь оказался? - спрашивал он, - последнее, что я слышал о тебе, было совсем дурным, будто ты в плену в Темном замке, без надежды на спасение.
- Из плена я бежал, но это долгая песня, а времени у нас сейчас нет. Мечеслав, до меня дошли очень дурные вести, - голос его внезапно стал звучать тяжело, напряженно, - о разгроме на Талке, о позорном отступлении войск. - они как раз зашли в шатер, когда он это сказал.
- Позорном отступлении? - промолвил Мечеслав, и уже радостная улыбка его казалась совсем не такой искренней, - Верно, тебе неправильно все истолковали. На реке Талке мы были разгромлены из-за позорного бегства Данакта и Изяслава, которые сразу же, как враг приблизился к нам, бросились бежать в разные стороны. Неприятель понесся на нас, и мы взяли на себя удар. Сколько воинов было обращено в камень, сколько убито и ранено, до ночи мы держались, но нас сдвигали к реке, туда, откуда уже не было пути назад. В такой ситуации Велибор я принял самое верное решение, какое мог: мы бросились на запад, хотя это и было похоже на самоубийство, потому что мы стали живой мишенью для стрел Чуди на холмах. Но если бы я не принял этого тяжелого и волевого решения, то от войска не осталось бы ни единого человека; сейчас у нас хотя бы сто человек.
- Мне сообщили, что это была твоя затея дать отпор чуди у Талки. Ты не мог не ведать, что это западня для вас. И почему вы так и не соединили войска с Изяславом?
- Как же мы могли это сделать, помилуй! Чудь идет у нас по пятам, стоит нам сделать шаг в сторону, и нас догонят и просто уничтожат. Мы можем идти только на юг. И потом, Изяслав отвергал все мои предложения связаться с ним, - как же торопливо говорил он, думал Волибор, торопливо, наполовину заглатывая слова, словно от того, сколько и как быстро он сейчас сможет придумать сходу, зависела вся его судьба, - Велибор, если хочешь знать мое мнение, то в нашем стану предатель, - он тут же осекся, посмотрев на всех присутствующих, Новака, Сбына, Ружика. Он взял Волибора за руку и, чуть отведя его в сторону, стал шептать так, чтобы никто не слышал, - присмотрись к Изяславу и Данакту.
