— Признаться, не совсем. — Оксана мысленно проклинала собственную тупость. — И. боюсь, до трёх часов догадаться не успею.
— И не нужно. Я вам сама скажу. Когда через десять минут сюда явится Елена Николаевна, я как бы невзначай намекну, что Андросов остановил выбор на Екатерине Филипповне. Вот и поглядим, что будет дальше.
— Грандиозно! — восхитилась Оксана, моментально проникшаяся чувствами обманутой женщины. — Если она действительно столько времени ждала, нервы могут не выдержать. И всё плохое, что знает об Андросове, она вывалит вам. Так сказать, отомстит доступными средствами…
— Примерно так.
Милявская быстро убрала со стола, накрасила губы, припудрила нос. Потом взяла чашки и унесла их мать. Оксана, тоже прихорашиваясь перед зеркалом, сгорала от нетерпения. Вернувшись, Галина Семёновна продолжала.
— Я вызвала Потапову повесткой совершенно по другому поводу. На Кантемировской улице на углу с Парголовской позавчера имела место поножовщина. Из винного магазина мужики поговорить вышли. Двое пострадавших, все в крови, вломились в круглосуточную аптеку «Доктор». А у Потаповой окна выходят в ту сторону. К тому же она по вечерам гуляет с болонкой. Вот я и хочу узнать, не видела ли она чего.
— Здорово вы придумали! — одобрила Оксана. — А я тут буду сидеть? Она же меня знает. Алина всем во дворе сказала, что я — родственница Зои Евгеньевны из Волгограда. Алине пришлось со мной ликбез провести — я ведь там никогда в жизни не бывала.
— Не беда. У меня в углу, есть чуланчик. Вёдра, тряпки, швабры там хранятся. Уборщицам удобно — я ведь и рано утром тут сижу, и поздно вечером. В то же время посторонний не взломает замок, не залезет. Ничего, вы стройная, поместитесь. Одно ведро на другое поставим, а вы — рядышком. Только уж постарайтесь не чихать, не кашлять и не шевелиться, а то всё насмарку пойдёт. Стойте и слушайте, а я постараюсь управиться побыстрее.
— Где ваш чулан? — Оксану увлекла новая авантюра. — Хочу заранее ознакомиться, а то пять минут всего осталось. Только бы раньше не пришла, а то таких любопытных баб всегда не вовремя приносит…
— За вешалкой откройте дверь! — скомандовала Милявская, прибираясь на столе.
Она заперла папки в сейф, освободила стекло, под которым оказались записки и календарики.
— Открыли? Видите два ведра?
— Вижу.
Оксана быстренько поставила вёдра одно на другое. В верхнее уложила свёрнутые тряпки из мешковины и банки с порошком. В другой угол задвинула швабру и встала, прижавшись спиной к стене; перевела дыхание.
— Сойдёт, Галина Семёновна, закрывайте! Ой, я тут не задохнусь? А-а, есть дырки наверху. Тогда порядок!
— Закрываю. — Милявская захлопнула дверцу и задвинула щеколду.
Они как в воду глядели, потому что немедленно раздался стук в дверь.
— Войдите! — властно, в одну секунду сменив тон, произнесла Милявская.
Оксана услышала, как со скрипом открылась дверь.
Знакомый голос спросил, заикаясь от волнения:
— М-можно? Я Потапова. М-меня на с-сегодня вызвали, в-вот повестка. Что случилось? Это какая-то ошибка!
Елена Николаевна была в экстравагантном костюме — красном с чёрными полосками. В её лакированных туфлях отражалось выглянувшее из-за туч солнце. В кабинете запахло крепкими горькими духами и лаком для волос.
— Проходите, прошу вас! И повестку — мне на стол. Паспорт не забыли? Отлично, давайте его сюда. Не волнуйтесь, я вас долго не задержу. Дело касается массовой драки, случившейся позавчера около вашего дома. Я опросила некоторых свидетелей. Они предположили, что и вы могли оказаться рядом. Вас видели тогда в аптеке «Доктор», у метро.
— Нет, я ничего не знаю.
Потапова успокоилась и прекратила заикаться. Она с интересом смотрела на знакомую женщину-следователя, которая допрашивала всю компанию после убийства Вали Максимовой. Галина Семёновна печатала на машинке «Любава», то и дело заглядывая в паспорт.
— Вообще ничем не можете помочь? — огорчилась Галина Семёновна. — Пожалуйста, вспомните, где вы были позавчера вечером?
— Дома. Может, смотрела телевизор и не расслышала. У нас всякие кабаки рядом, бани, даже есть ночной клуб. Так что целыми ночами подонки орут и хохочут. С Томми я погуляла раньше, когда ещё было тихо. Вот тогда я и зашла в аптеку — за йодом и активированным углем…
Милявская добросовестно занесла показания в протокол, вытащила бланк из каретки.
— Жаль, жаль, Елена Николаевна, что всё так получилось! Прочтите и распишитесь. Да, может быть, вы подскажете, к кому можно обратиться из ваших соседей? Всегда так получается — на улице не протолкнуться, а как свидетели нужны, будто бы никого рядом не было. Понимаете, нам нужно опознать хулиганов. Один из пострадавших находится в критическом состоянии, другой тоже тяжело ранен. Сами понимаете, насколько дело серьёзное. А ваш дом стоит в таком месте, что нельзя не заметить потасовку. Ночи нынче белые, всё видно. У кого из ваших знакомых окна выходят в ту сторону?
