Стихия начала выходить на новый этап безумства, и небольшой форпост, которую всадники минули чуть более трех часов назад, все больше манил своим уютом. Это был ближайший населенный пункт от границ Пустошей, и по задумке Сеймира, они сегодня должны успеть скинуть тело, и вернуться в Форпост на ночь. Уже с утра, без повозки и каких либо других помех, на полный ход поскачут домой. Даже погода, если не успокоится, не будет казаться такой раздражительной.
— Наконец то… — пробубнел себе под нос сын владетеля местных земель.
На расстоянии взгляда уже была заметна граница Пустошей. Это не была безжизненная пустыня, или костяной погост, как могло показаться из названия. Нет, это была долина, такая же, по какой всадники сейчас держат путь, с той лишь разницей, что растительность была менее привычной. Вот идет обычная равнина: зеленая трава, деревья. Мерзкая дождливая погода, от которой все растения наоборот оживают и набираются силы. Но вот она граница, резкая, без каких либо буферов — плотность растений на квадратный метр не изменилась, а вот сама флора имеет хищный вид: колючки, щупальца, сияние от цветов, словно внутри лампочки горят, так еще и растения ядовито зеленых оттенков. И ядовитость точно касается не только цветовой гаммы. Пустошью же, назвали из-за отсутствия животных. Вернее, живности здесь было много, но она или мастерски познала суть маскировки, что заметить ее почти не реально, или же, что чаще всего бывает, кроме маскировки присутствовал инстинкт выживания, который не сравним ни с одним наемным убийцей в умении выжидать и прятаться был выведен на абсолютно иной уровень.
— Трое в дозор! Бросить повозку! — Отдал распоряжения Сеймир. Он не намеревался углубляться в Пустош. Граница пересечена — пересечена, значит можно оставить повозку здесь, а лошадь освободить от тягловой работы. А круговой дозор, это прописные истины любых стоянок.
Один из сопровождающих, в соответствии с рангами подчинения, спешился и начал выполнять полученный приказ. Тело в повозке, кроме того что намокло, ничем не изменилось за эти дни. Ни малейшего признака разложение или даже трупного окоченения. Все это было связано с маго-фоном этого мира. Энергия магии, что напитывает тело, замедляет эти процессы. Живой организм, будь то растение или животное, всегда впитывает в себя магию, разлитую в окружающей среде. Смерть же, приводит к отдачи этой энергии во внешнюю среду, и только когда последняя капля магии покинет организм, в силу вступят природные процессы разложения и уничтожения.
Плотность дождя все усиливалась, из-за чего и так плохая видимость становилась вовсе ужасной. Даже магическое зрение, кому оно было подвластно, не справлялось уже так просто.
— В путь!
— Нападение!
Оба крика прозвучали одновременно. Первый, принадлежал молодому господину, второй — одному из дозорных. В таких ситуациях всегда выполняется приказ, который отвечает за спасение жизни. И будь это не Пустоши, возможно было бы попытаться отступить и избежать драки. Но в данном случае, им придется принять бой. Это понимали все, так как увидели, кто же на них напал. Нарлон — фиолетовая кошка, с лапами, которые граничат между кошачьими и соколиными. Хвост отсутствует, в видимом спектре, вместо него есть хвост, который напоминает прозрачное нечто, полностью повторяя повадки обычного хвоста у больших кошек. Высокая физическая мощь, ловкость и скорость — все это умножено на двести килограмм веса и возведено в степень управления стихией воздуха.
Дозорный, который первым увидел кошку, согласно здравому смыслу, на ходу поднял тревогу, и добравшись до основной группы всадников, занял свое место в строю. Остальной отряд уже был в боевой готовности. Кошка тоже не теряла времени, пока гналась за дозорным, сломала повозку с телом Азгора. Хотя сломала, это несколько неверное определение, танк проехал по шоссе, и походя разрушил пару машин, вот так и в данном случае. Тело иномирянина унесло с траектории хищника, оно кошку не интересовало.
