Сеймир, достал из внутреннего кармана костюма, небольшой пузырек, наполненный жидкостью до половины. Какого цвета была эта жидкость, сказать сложно, так как емкость была сделана из бордового стекла. Пока девушка выполняла просьбу — открыла перстень, и его содержимое высыпала в подставленную склянку, остальные обдумывали услышанное. Завершить Академию Совета раньше времени не было чем то необычным, но и рядовым происшествием это не назовешь, это понимали все, даже двое парней, которым не повезло там учится, в отличии от остальной компании. Событие, подобное этому, знающим людям о многом говорит. Такие люди всегда будут в глазах окружающих пользоваться уважением и почетом. Это же понимал и Дайкин, как и то, что празднование дня рождения его «лучшего врага» это подстава, с целью его унизить. Он опередил его с выпуском, возможно его выпускные оценки и будут лучше, но это уже ничего не будет значит. Ну и сам эксперимент, в случае его удачи, Дайкин, его соперник, лично будет обязан подтвердить это и поздравить с успехом, и отвертеться от такой процедуры ему не удастся — слишком много свидетелей, которые не дадут возможности играть в словеса. И как итоговый гвоздь в гроб самомнения и гордыни — это то, что он ничего с этим сделать не может. Дайкин слишком хорошо знал «друга», и если он сказал, что это тестовый прогон эксперимента, это значит, что ошибки исключены, все просчитано и проверено, по другому его бы не пригласили. Выпуститься раньше тоже не выйдет — выпуски происходят только на экзаменационных неделях, и о них нужно договариваться заранее, а именно — за год. Остается только пожелать успешных проклятий и болячек «другу» в случае успеха…
Что же собой представляет кость-трава? Тонкие стебельки, не толще волоса, после высыхания, превращаются не в сено, а в тонкую длинную кость. Эта трава не обладает никакими полезными свойствами будучи живой, да и в форме кости — результат тот же. И только в форме порошка она меняет и обретает свои свойства. Свойство собственно одно — но многогранное. Этот порошок усиливал магические свойства личности, которая его приняла. Проблема была только в том, что такое усиление было единоразовое. А потому, принимали этот порошок только в двух случаях. При пробуждении магии, как правило этот процесс вызывает осложнения со здоровьем, и прием этого порошка — упрощает само пробуждение магии и стабилизацию всех процессов и конструктов в организме дейнургамоданов для дальнейшей работы с магией. Второй же случай — небольшой процент населения с легкостью и без проблем проходит стадию пробуждения, разумеется им порошек не нужен для таких целей. Такие маги имеют огромный потенциал в развитии магического искусства, их собирают в специальные боевые отряды, которые выполняют самые сложные задания, и как довод последней надежды они могут принять молотую кость-траву — это дает временное усиление, но после этого, дейнургамодан в лучшем случае теряет все магические свойства, в худшем — полностью выгорает — магия больше не подконтрольна владельцу и сама разъедает мага, словно кислота, изнутри.
Важность грядущего эксперимента сложно оценить. Несмотря на то, что выпускной работой по эксперименторики обязательно должно быть направление не связанное с военным ремеслом, основное направление этой алхимической задумки получит именно на военном поприще.
— Подай, еду! — отдал приказ хозяин вечера, дежурной смене караула, после того как размешал жидкость с засыпанным туда порошком. Стражник быстро нашел ужасного вида миску, если это можно было так назвать, и поднес ее к Сафоналу-младшему. Внутри емкости была ужасного вида каша, и поверх нее была вылита жидкость.
По кивку головы, «блюдо с гарниром» было доставлено пленнику, и только успел отойти стражник, как иномирянин бросился к еде. Яростное наполнение желудка, без приборов, без соблюдений хоть каких норм гигиены вызвало рвотные позывы у всех присутствующих девушек. Парни, как и положено, были стойки к подобным вещам, и если и были подобные спазмы в их организме, то виду не показал никто.
— Можете меня поздравить! — подытожил Сеймир, после пяти минут ожидания взрыва магии в теле подопытного, которого разумеется не было. Как и не было никакого действия на тело подопытного. — Моя итоговая работа завершена.
