Было видно, что маг волновался. Его руки тряслись, а на лице выступили капли пота. Переступая через солдата, лежавшего на полу, Бленхейм неуклюже зацепил его ногой – тот тихо заскулил. Схватившись за руку Хельги, рыжебородый здоровяк чуть не подпрыгнул от страха. Колдунья пнула миеринца в спину и злобно прошептала:
–Только попробуешь пикнуть – превращу тебя в жабу!
Не секунды немедля, гадалка стала перебирать ключи, поочередно всовывая их в замочную скважину двери, за которой находилась Виллара.
–Надеюсь, Арчи уже успел напоить Сигабора. – Прикусив губу, промямлил Бленхейм.
–В противном случае, Сигабор скоро поймет, что мы здесь и нам придется с ним столкнуться!
Замок поддался, и Хельга смело вошла в комнату, сзади, освещая дорогу масляной лампой, семенил Бленхейм. На кровати, слегка приоткрыв посиневшие губы, лежала бледная, как снег Виллара. Колдунья подошла к ней и, взяв за руку, прошептала:
–Бедняга, выпало на твою долю испытаний, но ничего, скоро мы тебя вытащим отсюда! – и, взглянув на рыжебородого здоровяка, поторопила его – Приступай, у нас мало времени!
Бленхейм нарисовал мелом на полу комнаты пентаграмму и замысловатые древние руны. Вместе с Хельгой они аккуратно уложили Виллару в центре, а по периметру разложили свечи и подожгли их. Всё было готово к церемонии возвращения сознания верховной жрицы в своё тело. Маг встал у её головы и, подняв над головой руки, стал читать заклинание. Через некоторое время Хельга обратила внимание на то, что цвет лица верховной жрицы стал приобретать здоровый оттенок. Улыбнувшись, она уже была готова похлопать Бленхейма по плечу и похвалить за проделанную работу, как вдруг что-то пошло не так. На лице Виллары стали появляться глубокие морщины, а волосы седеть прямо на глазах.
–Какого чёрта, Столк! Что происходит? – воскликнула колдунья.
Маг, не останавливаясь, продолжал читать заклинание. По его лицу стекали капли пота, и оно побагровело от напряжения. Внезапно все свечи потухли. В помещении послышался слабый стон.
Расправившись с миеринцами, воины Ульвена бросились преследовать, пытавшихся скрыться в лесу, энтов. Промёрзшие деревья были неповоротливы, и догнать их не составило никакого труда. Тут же пошли в ход кувшины с горючей смесью и факелы. Если бы не усилившийся снег, то горящие энты, наверное, сожгли бы весь Роллас. Полыхая пламенем и разбрасывая во все стороны мириады искр, они брели по лесу в поисках спасения, но солдаты Нифльхейма атаковали снова и снова, не оставляя энтам никаких шансов.
Ночная атака прошла очень успешно. Отряд Ульвена потерял лишь одного человека – воина ордена, который в темноте упал с лошади и сломал себе шею. Ещё было с десяток раненых, пострадавших от неуверенных контратак миеринцев, но потери врага были несоизмеримо больше. Под утро солдаты насчитали не менее сотни убитых и два десятка пленных. Небольшой части миеринцев удалось сбежать.
Лагерь разбили на месте побоища, предварительно заставив пленных миеринцев перетаскать в одну большую кучу в балке неподалёку своих убитых товарищей. Рыть могилы не имело смысла, так как после морозов земля была промёрзшая, а пленники обессилевшие. Андор был доволен. При виде кучи трупов врагов он улыбался и потирал руки.
Ульвен сидел у костра с кружкой горячего чая и ухмыляясь, поглядывал, как Локи вместе с, немного знавшим миеринский язык, воином ордена допрашивает пленника. Внезапно где-то на краю лагеря послышались крики. Ульвен встал и, нахмурившись, положил руку на рукоять Зарницы, но уже через мгновение улыбнулся. «Ура! Верховная жрица жива! Слава Богине! Ура!» – раздавались крики на краю лагеря.
Через секунду из-за запорошенных снегом кустов шиповника показались трое всадников. Бледная верховная жрица Виллара в тёмно-бордовой рясе с, натянутым до глаз, капюшоном, гордо поднявшая крючковатая нос Хельга и незнакомый рыжебородый здоровяк. Воины ордена обступали лошадь Виллары норовясь до неё дотронуться, будто не веря, что их верховная жрица жива.
–Этой ночью на горизонте я увидела огненное зарево и поняла, что Сигабор упустил удачу из рук! – усмехнулась Хельга.
–Очень рад видеть тебя в добром здравии! – ответил Ульвен, взяв лошадь Хельги под уздцы.
На поляну выбежал Андор и, схватившись за сапог верховной жрицы, закричал:
–Хвала Богине Эллари! Хвала Божественному Огню! Хвала небесам, наша верховная жрица жива и здорова!
–Я бы не сказала, что я себя нормально чувствую… Голова болит и кружится… – ответила Виллара, покачиваясь в седле.
–Ваше Святейшество, расскажите, что с вами случилось? Скажите, ведь за всем этим стоит подлая гильдия магов во главе с Сигабором? – спросил Андор, не отпуская сапог Виллары.
–Слышишь, дедуля! – воскликнула Хельга, погрозив Андору кулаком – Я смотрю, что твой жирный зад давно не получал хороших пинков? Как ты смеешь, в присутствии двух магов, отпускать такие выражения?!
Жрец уже открыл рот, готовясь выплеснуть на колдунью своё недовольство, но Виллара осадила его холодный взглядом и воскликнула:
