Девушка взяла со стены горящий факел и, кивнув головой, вышла из комнаты. Сегодня Алсу была одета в облегающий кожаный костюм, очень напоминавший Ульвену тот в котором он увидел девушку в первый раз на огненном представлении в Сторби. Ульвен последовал за ней. Они зашли в соседнее помещение заставленное сундуками и мешками с зерном. Алсу повесила факел на стену и, положив свои руки Ульвену на плечи, попыталась его поцеловать, но воин отстранился, строго посмотрев девушке в глаза.
–Что случилось, Ульвен? Я тебе уже не нравлюсь? – спросила Алсу, нахмурив брови.
–Нет, что ты! Ты очень красивая девушка!
–А что же тогда? Ты чем-то обижен на меня?
–Нет, ни на что я не обижен. Ты спасла меня и моих друзей, рискуя своей жизнью, теперь я твой должник… – ответил Ульвен, глубоко вздохнув – Но пойми, Алсу, ты уехала из Сторби, и я даже не знал, увидимся ли мы снова. Судьба свела меня с другой девушкой, с которой мы были близки…
–Глупенький мой, – улыбнулась Алсу – я ни в чём тебя не виню! Да прошло слишком много времени, и я могу признаться тебе тоже, что была близка с другим мужчиной, но сейчас мы снова вместе и снова можем придаться любви!
–Нет, нет! – ответил Ульвен, снова отстранившись от попытавшейся поцеловать его девушки – Дело не в этом! Это девушка – Фрея, мы любим друг друга. Пойми ты это!
–Ульвен, какого чёрта!? – воскликнула Алсу, оттолкнув воина – Зачем ты мне это всё рассказываешь? Я так соскучилась по твоим ласкам. Возьми меня прямо сейчас, а твоя девушка в Сторби никогда об этом не узнает!
–Нет, мы поклялись быть верными друг другу! И я уверен в том, что и Фрея верна нашей клятве!
–А ты уверен в том, что когда-то увидишь её снова? Ты уверен в том вернёшься живым в Сторби? Мы ходим по лезвию ножа, и каждый наш день может быть последним. Так зачем отказывать себе в удовольствии? – ухмыльнулась Алсу.
–Я не боюсь смерти, но боюсь оступиться со своего пути и предать, не выполнить обещанного, нарушить клятву! Что будет, если мы все будем идти на поводу своих желаний и не отказывать себе ни в чём? Чем мы будем тогда лучше Басира?
Алсу задумалась, пристыженно опустив глаза. Вздохнув, она ответила:
–Может быть ты и прав… Повезло твоей девушки! Ты такой сильный, бесстрашный, красивый, верный…
–Ты тоже очень красивая, смелая и умная девушка. Я уверен, что и ты встретишь в своей жизни достойного мужчину!
Ульвен, Карим, Матиас и Махмуд сидели за столом веранды постоялого двора «Оазис». Становилось всё жарче. Солнце поднялось высоко в небо, возвещая тем самым о приближении полудня. Время было выбрано не случайно. Карим заверил, что в это время в Ираклионе меняется смена стражников, а улицы пустеют от полуденного зноя.
К ним подошла молодая разносчица и поставила на стол кувшин вина и фрукты. Матиас расплылся в улыбке и, подмигнув смуглой разносчице, разлил вино по стаканам. Махмуд нервничал, поглядывая на посольство Миерина расположенное через дорогу от постоялого двора. Карим задумчиво поднял стакан с вином и произнёс:
–Давайте выпьем за успех нашего дела!
Ульвен сделав глоток вина, внимательно следил за Мадиной, которая подошла к воротам посольства. Из-за высокого каменного забора просматривалось трёхэтажное здание посольства с железными решётками на окнах. Перед массивными коваными воротами стояли четверо миеринских стражников, оперевшись на длинные копья. Мадина о чём-то с ними поговорила, и один из них, отворив калитку, зашёл внутрь. Колдунья последовала за ним.
–Пора! – произнёс Карим и, допив вино, встал из-за стола.
Не спеша они подошли к воротам посольства. Миеринцы стоявшие у ворот стеклянными глазами смотрели в одну точку, в то место, где пару минут назад стояла Мадина. У одного был приоткрытый рот, а с нижней губу стекала струйка слюны. Матиас достал из-за пояса нож и резким движением всадил его в незащищённое горло стражника. Кровь фонтаном брызнула из горла, но другие стражники даже не шелохнулись, они были под сильным магическим гипнозом. Ульвен достал из ножен меч и коротким точным ударом прошил горло второго миеринца, окропив кровью мостовую.
–Если так пойдёт и дальше, – произнёс Матиас, подхватив бездыханное тело миеринца под руки – мы перережем их всех, как овец!
Карим дал сигнал и из закрытой повозки, стоящей возле постоялого двора, повыскакивали остальные заговорщики с обнажёнными мечами. На улице было спокойно, горожане попрятались по домам от полуденной жары, наглухо позакрывав окна. Махмуд разделался с третьим стражником, а Ульвен приоткрыв калитку, заглянул во двор посольства. На площадке возле широкого крыльца стояла Мадина и что-то монотонно рассказывала собравшимся вокруг неё миеринцам. Ульвен насчитал двенадцать стражников, видимо, уже тоже, подвергшихся магическому гипнозу. Двери в посольство были широко открыты. Колдунья взглянула на Ульвена и, махнув рукой, подала знак, что дело сделано.
