– Никакого криминала я пока тут не заметил, – сказал Пасураи, – а вот ошибки в розыскной работе мисс Машумбы налицо. Однако, учитывая ее послужной список в министерстве, так и быть, в последний раз к ней прислушаюсь. – Он помолчал, наслаждаясь возможностью продемонстрировать свою власть. – Хотелось бы заглянуть за эту дверь.
Лаки сложил ручищи на груди, мышцы шеи напряглись, испытывая на прочность ворот рубашки.
– Конечно-конечно, – тихо сказал он и вытащил ключ.
Пасураи стоял непосредственно позади него, Нья нависла над плечом начальника. Грей настороженно следил за людьми Лаки, на случай если дело примет дурной оборот. Невозможно было предугадать, что находится за дверью.
Замок щелкнул, Лаки открыл дверь. Пасураи шагнул в нее первым. Как только он прошел мимо Лаки, тот посмотрел на Грея и подмигнул. Грей вошел в комнату последним и тут же выругался, не выдержав разочарования.
В центре стоял тренажер для отжиманий, одной стене висело зеркало в человеческий рост, а рядом с ним – календарь, с которого улыбалась обнаженная красотка, стоявшая рядом с наряженной елкой.
Лицо Пасураи побагровело.
– Уверяю, больше вас никто не потревожит. Пожалуйста, примите извинения от имени министерства, – процедил он.
– Лаки! – прорычал Грей и бросился на хозяина заведения. Тот отбросил его так, что он ударился об стенку, но тут же вскочил.
– Мистер Грей! – перехватил его метнувшийся вперед Пасураи, – если вы немедленно не покинете вместе со мной помещение, я вас арестую, понятно?
По-прежнему не сводя глаз с Лаки, Грей позволил себя увести. Перед тем как закрыть дверь, Лаки, явно забавляясь, бросил на него издевательский взгляд.
Пасураи придерживал Грея под локоть, пока они не вышли из клуба. На улице он с гневным лицом повернулся к Нье:
– Вы возвели напраслину на невинного человека, позволили этому наглому американцу позорить наше правительство и лишили меня вечера в кругу семьи. Надеюсь, вы осознаете тяжесть вашего проступка. Утром нам предстоит серьезный разговор.
Он развернулся и пошел прочь. Нья проводила глазами его и полицейских, а потом сказала Грею:
– Хотел к оскорблению еще телесные повреждения добавить? Я сама в ярости от происшедшего, но нужно же уметь себя контролировать!
– Я вовсе не пытался набить морду Лаки.
– Тогда что это было? – устало поинтересовалась Нья.
Грей вытащил из кармана черный кожаный бумажник.
– Я просто раздобыл его кошелек.
Губы Ньи растянулись в широкой улыбке.
– Давай-ка свалим отсюда, пока он не догадался, – сказал Грей.
Они поспешили к «лендроверу». Нья тронулась с места, пока Грей изучал свою добычу.
– Нужно же было хоть что-то у него прихватить. В крайнем случае это будет компенсацией за неудобства. Начальник у тебя тот еще, сочувствую.
– Крыса он. Я только боюсь, как бы меня не сняли с расследования. Нужно попытаться завтра как-то все это загладить. Что там в кошельке?
– Немного евро, много американских долларов, телефонные номера, банковская карта, водительские права…
– Что такое?
Грей протянул ей листок бумаги, на котором что-то было нацарапано.
– Скажи, что там, – попросила Нья.
– Помнишь разговор, который я подслушал у Лаки в клубе?
– Да.
– Вот смотри, тут такие слова:
Грей прочел адрес вслух, и Нья бросила на своего спутника резкий взгляд.
– Это адрес Фангвы.
– Теперь нам точно известно об их связи. Помнишь, что профессор говорил про жрецов джуджу? Что у них бывают так называемые охотники за головами, которые на него работают? Думаю, Фангва – тот, кого мы ищем. Скорее всего, он и есть Н’анга, а Лаки выполняет для него всю грязную работу.
– Даже если это так, дотянуться до Фангвы после сегодняшнего фиаско будет очень трудно, – сказала Нья.
– Тебе нужны доказательства. Какая-нибудь надежная улика.
– Да, было бы прекрасно.
– Так давай ее добудем, – предложил Грей.
– В смысле?
– Послушай, если мы снова поставим кого-то в известность, то утечки информации опять не избежать. А время уходит. Нужно действовать немедленно. Сегодня. Никто не ожидает, что мы так быстро что-то предпримем. Заберемся в дом Фангвы и найдем какую-нибудь улику.
Обдумав это предложение, Нья задумчиво кивнула:
– Другого шанса может и не подвернуться. Но как мы это сделаем?
– Мне кое-что известно о проникновениях со взломом.
Часы вечерней суеты миновали, и после полуночи город погрузился в сон. Единственными людьми, оставшимися на улицах центра Хараре, были те бедолаги, которых он затянул в свои сети, ощипал и вышвырнул. Волоча ноги, бездомные, понуро тянулись из тех мест, где обычно просили милостыню, к своим импровизированным убежищам – с перекрестков улиц к заброшенным домам.
