Грей подбежал к письменному столу и принялся рыться в бумагах в поисках хоть какой-то зацепки. Гнев забурлил у него внутри, как пойманный в ловушку гейзер, при виде Библии, четок и прочих религиозных атрибутов. Вещей
Он осмотрел содержимое ящиков стола, мусорной корзины, потом перешел к шкафу у дальней стены. В нем обнаружилось священническое облачение и пара черных туфель. Грей проверил карманы рясы и раздраженно отодвинул плечики в сторону. Он хотел уже было закрыть дверцу, но изнутри пахнуло чем-то знакомым. Как будто там что-то подгнило или начало портиться.
Грей нагнулся. Вонь стала сильнее: стало ясно, что ее источник – туфли. Грей перевернул их и увидел на подошвах подсохшую коричневую субстанцию. Откуда же ему знаком этот запах?
Он присел на корточки, взял одну из туфель в руку. Первым делом подумалось о собачьем дерьме, но запах был резче и с аммиачной ноткой. Грей закрыл глаза и попытался связать этот запах с визуальным воспоминанием.
В памяти у него внезапно как будто что-то щелкнуло: картинка сложилась, и нервное возбуждение нахлынуло на него волной. Он бросил туфлю и выбежал из церкви, оставив священника в полнейшем недоумении.
Грей с бледным лицом стоял в гостиной Виктора. Он рассказал ему все, что обнаружил.
– Да, мы слишком зациклились на Хараре, – задумчиво произнес Виктор, выслушав новости.
– Шнурок от талисмана девочки, вся эта история с игбо-аво – должно быть, мы что-то упустили, когда были там. Он может прятаться в пещере, как ты думаешь?
– Близость к Большому Зимбабве, духовному сердцу страны… это было бы в его стиле. – На лице Виктора медленно появилась жесткая улыбка. – Этот тип взял отпуск, значит, собирается вернуться в Нигерию. Должно быть, он раздобыл то, за чем приезжал.
– Мы до сих пор не знаем, где там вход, – напрягся Грей. – Все вроде бы правильно, но пещера может оказаться другой. Не факт, что мы найдем Нью вовремя.
– Даже если мы не обнаружим игбо-аво, Большой Зимбабве – идеальное место для финального обряда. Так что стоит рискнуть.
– Если мы приедем туда и выясним, что ошиблись…
Виктор не ответил.
Виктор вышел из комнаты и вернулся с черным вещмешком и кожаным рюкзаком. Затем позвонил на стойку регистрации. Поспешно спустившись в вестибюль, Грей увидел, как один из служащих отеля подогнал «мерседес» Виктора. Профессор сел на водительское место и сунул рюкзак Грею. Тот заглянул внутрь и увидел моток веревки, компас и фонарик.
– Знаешь, куда нам ехать? – спросил он.
– Да.
В молчании они покинули город. Необычно влажный полдень придавал воздуху вязкую плотность, красная саванна с ее многочисленными валунами казалась покрытой глазурью. Их обдувал теплый ветерок, природа полнилась жизнью, как бывает при приближении грозы.
– К закату должны добраться, – сказал Виктор.
– Я думал про историю Фангвы. Каким боком с этим связан Эддисон? До сих пор не понимаю.
– Ритуал джуджу, особенно такой, как проводил Н’анга, всегда обещает защиту, богатство, власть.
– Он обещает, – фыркнул Грей, – шанс посмотреть, как трахаются незнакомые люди.
– Какими бы ни были причины, думаю, Н’анга использовал Лаки, чтобы заманить на обряд Уильяма Эддисона. А вот почему был избран именно он… не знаю.
– А отец Ньи? – спросил Грей. – Как Н’анга нашел его в Хараре через столько лет?
– Сам он сказал бы тебе, что сделал это с помощью джуджу.
– А я сказал бы тебе, что он шарлатан, которому недолго осталось жить.
В машине на некоторое время воцарилась напряженная тишина. Потом Грей проговорил:
– Разве мы не должны убедить себя категорически не верить в то, что делает Н’анга? Если ты знаешь что-то, что может помочь нам сегодня вечером, хватит тайн. Рассказывай.
– Не сомневайся, я уже предоставил тебе всю необходимую информацию. Уверен, Фангва был прав, и Н’анга отправится к своим приспешникам и в последний раз призовет Эсу, прежде чем завершить обряд с Ньей. Если повезет, ты сможешь освободить ее и сбежать, пока он не вернется. – Тон Виктора смягчился. – Тебе нужно помнить только то, что я говорил с самого начала. Разум – могущественное оружие, и ты должен быть его хозяином. Не слушай Н’ангу, не думай о нем, пусть твой разум будет как чистый лист.
Грей смотрел в окно, но видел лишь лицо человека, запертого в круге во время обряда джуджу. Он считал, что навидался в своей жизни и зла, и порока, но доктор Фангва и Н’анга – это нечто совершенно особенное. Они не только вывели человеческие страдания на совершенно иной уровень, но и делали это для того, чтобы достичь власти и могущества.
Грей говорил себе, что всё это джуджу – враки и шарлатанство, но мысли его постоянно возвращались к тем необъяснимым явлениям, свидетелем которых он стал. Человеческому сознанию свойственно выбирать путь наименьшего сопротивления: так, во время турбулентности все до единого пассажиры самолета закрывают глаза и начинают молиться, независимо от религиозных убеждений или отсутствия таковых.
