Он стал частью меня, подчиняясь приказам, но в тоже время словно оставаясь наполовину свободным. И грань личности, присущая хищникам в человеческом обличье, жестоким и беспощадным, таким, как Га-Хор Куэль Ас-Аджари, передалась этому измененному заклинанию.
Чертов туман воспринимался чем-то полуживым!
Псевдоразумной субстанцией антрацитового-черного цвета в активной динамической фазе постоянного преображения, с четкой привязкой к носителю. Я ощущал его своим продолжением и поначалу это сводило с ума, вызывая дезориентацию в пространстве, потому что трудно воспринимать себя одновременно в человеческом обличье и растекшейся по земле дымкой в радиусе нескольких десятков шагов.
Наработки дохлого уродца из Урочища по работе с менталистикой и тонким миром сработали, но сработали не так, как изначально планировалось. Туман подчинялся мне, но одновременно был частью меня, и это не входило в изначальные планы.
К такому надо привыкнуть, хотя бы для того, чтобы не ощущать, как при малейшем колыхании темной массы голова начинает кружиться, а перед глазами разбегаются круги.
Но главного все же добиться удалось — плетение скакнуло сразу на две ступени вверх, достигнув пятого ранга, и стало не просто статичным образованием, появляющимся на отдельных участках земли, но чем-то гораздо большим, способным передвигаться, подчиняясь воле хозяина. Причем делало оно это не просто так, а переняв часть сути внутренней личности. Каждое его колыхания несло в себе частичку угрозы, напоминая движения хищника, готового наброситься на добычу.
Это было невероятно странно, но было!
Туман стал хищным! Как бы странно это не звучало со стороны.
Небольшое усилие, мысль-приказ и разлитый вокруг кусок мрака послушно сворачивается, меняя форму с аморфной субстанции на нечто иное. Через мгновение с моих плеч струился черный дым на манер плаща, растекаясь у ног темной дымкой.
— Потрясающе, — губы раздвинулись в довольной улыбке.
Но все равно что-то напрягало. Что? Почти незаметная секундная заминка перед тем, как подчиниться приказу? Оно пыталось оспорить мои действия? Или приноравливается к хозяину, пытаясь образовать симбиоз?
Проклятье. Кажется, я что-то перемудрил с этим заклятьем. Оно должно просто подчиняться, а не становится наполовину разумной тварью, сотканной из черного дыма, без материального тела, но от этого не менее смертоносной.
Я закрыл глаза и попытался потянуться разумом в центр плетения, стараясь нащупать там необычные магические связи с Сумеречным Кругом. И уже через секунду сквозь сжатый зубы вылетело ругательство. Они там были! Присутствовали словно так и должно быть! Словно так и задумывалось. Что совершенно не так!
— Вот дерьмо, — я скривился.
Похоже это не только влияние заготовок на основе тонкого мира, это прямое воздействие сущности в которую превратился Га-Хор, когда стал бесплотной тенью, убивающей и пожирающей души людей в развалинах древнего имперского форта. Вот что оказало ключевое влияние на изначальные установки, сместив акцент в плоскость, где такие твари умели в материальном мире существовать и убивать.
«Туман» не стал живым в полном смысле этого слова, но и не остался обычным плетением, которым можно просто повелевать. Он превратился в нечто промежуточное, сходное по природе с инфернальной сущностью, в которую после смерти переродился Га-Хор Куэль Ас-Аджар, но без составляющей мертвого мага. Теневая тварь, соединенная с моим разумом.
— Если я могу на нее влиять, то она тоже может влиять на меня? — я задумчиво почесал подбородок, обдумывая внезапно возникшую проблему.
Туман может и не живой, и не имеет разума, но хищная сущность в нем четко прослеживалась. Правильно говорят, дурные привычки легче всего перенимать. Вот оно и переняло. От меня. Причем, судя по всему, самое плохое.
По сути, частичка моего разума дала основу для псевдосознания с готовыми паттернами поведения сущности. Это конечно не разумное существо, но и не обычное заклинание, которое можно просто использовать. Скорее некая разновидность странного животного, имеющего свои повадки.
— Мне придется ее приручить? — я озадаченно замер, осененной внезапной мыслью.
А если «это» начнет развиваться дальше и в конечном итоге вырастет в нечто совсем непонятное? По спине пробежал холодок, стало слегка неуютно.
С одной стороны, это потрясающе, ничего подобно не ожидал, настоящий прорыв в деле магического искусства. С другой, это пугало, неизвестно к чему все это в конечном итоге приведет.
Зато стало кое-что понятно из ранних событий. Вот почему в свое время Га-Хор выбрал «Туман» как одно из заклинаний для своего магического арсенала, видел в нем потенциал для развития. Однако что-то подсказывало, что даже имперский маг-заклинатель не мог предугадать настолько масштабных изменений. На фоне преобразившегося «Тумана» теперь даже «Коготь» выглядел забавной игрушкой.
Я обратился к Сумеречному Кругу, заставив засиять перед мысленным взором. Короткое колебание и неуверенность, затем решительное обращение к знаку заклятья, прерывая его действие.
