Тем временем Ахмад Смутьян сидел, дожидаясь наступления ночи. Когда настала полночь и в небе появились звезды, предвещающие наступление утра, а люди уснули под покровом господней милости, он встал, опоясался мечом и, захватив аркан, отправился к женской половине дворца, где пребывал халиф. Закинув аркан, на крышу, он словно по лестнице взобрался туда, нашел отверстие и проник в прихожую. Евнухи дремали возле одежды и вещей халифа. Укрепив их сон дурманом, он забрал одежду, золотой светильник, и все прочие вещи и удалился тем же путем, что пришел. Спустившись вниз, Смутьян тотчас отправился к дому Ала ад-Дина. Пробравшись в дом, он увидел, что Хозяин родинок ласкает свою жену на женской половине и в его комнате никого нет. Войдя в комнату, Ахмад поднял одну из мраморных плит пола, закопал часть вещей в землю, а светильник оставил себе, потом положил плиту на прежнее место и ушел домой, чтобы напиться допьяна.
Утром халиф выглянул в прихожую и увидел, что евнухи спят будто мертвые. Разбудив их, он велел подать ему одежду, но они не могли сыскать ни платья, ни пояса, ни кинжала, ни четок, ни светильника! Халиф сильно разгневался и, завернувшись в одеяния гнева, направился в диван. Увидев халифа во гневе, везир подошел к нему, поцеловал перед ним землю и сказал:
— Да отведет Аллах зло от повелителя правоверных!
— Теперь поздно, зло уже свершилось, — сказал халиф.
— Что случилось, о повелитель правоверных? — спросил везир.
Халиф стал рассказывать везиру о случившемся, а в это время в диван явились наместник Халид и начальник стражи Ахмад Смутьян-и-Вор. Увидев наместника, халиф грозно спросил его:
— Все ли в порядке в нашем городе Багдаде?
— В городе царит мир и спокойствие, о повелитель правоверных, — ответил Халид.
— Ложь! — закричал халиф и, рассказав ему о ночном воровстве, добавил: — Я приказываю немедленно отыскать и доставить ко мне пропажу!
— О повелитель правоверных, — сказал наместник, — ведь говорят, черви точат финик изнутри! Чужой человек никогда не осмелился бы проникнуть в халифский дворец.
— Если ты не разыщешь украденного, я велю казнить тебя, — не слушая молвил халиф.
— О повелитель правоверных, — опять возразил наместник, — прежде чем убить меня, казни Ахмада Смутьяна, ведь преступника должен найти начальник стражи.
— О повелитель, — сказал тогда Ахмад Смутьян, — смилуйся надо мной, я обещаю напасть на след вора и найти его! Только дай мне в мое распоряжение двух судей и двух понятых, ибо сдается мне, что тот, кто совершил кражу, не боится ни тебя, ни наместника и никого другого.
— Хорошо, — согласился халиф, — возьми с собой кого хочешь и приступай к делу, но сначала обыщи всех в моем дворце, затем во дворце везира и в доме военачальника Ала ад-Дина.
— Ты прав, о повелитель! — воскликнул Ахмад Смутьян. — Тот, кто взял твои вещи, возможно, обитает во дворце халифа или его приближенных.
— Клянусь жизнью, — гневно сказал халиф, — я немедленно велю казнить человека, будь он даже моим сыном, если он покусился на мое достояние.
Взяв с собой судей и понятых и получив указ халифа насчет обыска дворцов, Ахмад Смутьян захватил с собой три бронзовых прута, три медных, три железных и три стальных и пустился на розыски. Обойдя дворцы халифа и его везира, дома сановников и вельмож, он направился в дом Ала ад-Дина Хозяина родинок. Услышав шум и крики у своего дома, Ала ад-Дин открыл дверь и увидел наместника.
— Что случилось, о наместник? — спросил он.
Наместник поведал ему о случившемся и попросил пропустить его людей в дом.
— Что же, — согласился Ала ад-Дин, — входите в дом и ищите.
— О господин наш, — молвил наместник, — прости нас, мы знаем, что ты один из доверенных людей повелителя, и не допускаем, чтобы такой человек мог оказаться предателем.
Наместник вместе с судьями, понятыми и Ахмадом Смутьяном вошли в дом, Ахмад тотчас направился к тому месту, где спрятал вещи, и ударом стального прута разбил мраморную плиту. И все увидели, что под полом что-то блестит.
— Клянусь Аллахом, — воскликнул начальник стражи, — приход наш оказался не напрасным, здесь какой-то клад! Сейчас я посмотрю, что там блестит.
Тут судьи и понятые осмотрели яму, обнаружили там вещи халифа и произвели запись о том, что пропавшие вещи халифа были найдены в доме Ала ад-Дина Хозяина родинок, приложили к грамоте печати и приказали схватить Ала ад-Дина. Стражники заломили ему руки, сняли с головы его тюрбан, описали все добро и имущество и повели в тюрьму. После этого Ахмад Смутьян забрал супругу Ала ад-Дина Жасмин — а она была беременна — и привел к себе домой. Вручив ее своей матери, Ахмад сказал:
— Вот тебе Жасмин, веди ее к жене наместника госпоже Хатун и передай от меня привет.
Старуха, взяв с собой Жасмин, отправилась в дом наместника. Увидев ее, Хабазлам Косой снова обрел здоровье. В великой радости встал он с постели и бросился к девушке. Но Жасмин, выхватив спрятанный под платьем кинжал, закричала на Косого:
— Если ты только подойдешь ко мне, я заколю тебя этим кинжалом, а потом покончу с собой.
