Не знаю, сколько времени прошло… Слёзы высохли. Я заставила себя собраться и успокоиться. Пить прогорклую воду не хотелось. Если продолжу плакать, обезвоживание наступит ещё быстрее, и тогда я уж точно не боец. Не знаю, к какой казни меня приговорят – зависит от того, с чего они взяли, что я колдунья. Но раз уж обвинили в ведовстве, исход один – смерть. Ведьм уничтожали без суда и следствия, а ведь многих обвиняли ложно. Самым простым способом избавиться от соперницы было донести, что она ведьма. Если о девушке ходила недобрая молва, а в деревне случались бедствия вроде гибели посевов и падежа скота, этого хватало для смертельного приговора.
Я всегда балансировала на грани, но так как на моём счету было только лечение односельчан, казалось, всё это просто не может коснуться меня.
Поздно сокрушаться! Нужно постараться не тратить попусту силы, отдыхать и приходить в себя.
«Если только выпадет шанс сбежать… – но я быстро отмела такую возможность. – Стражники не упустят случая лишний раз устроить представление для горожан в неделю Колосада».
В традициях праздника урожая не было публичной казни, но подобные «развлечения» всегда пользовались успехом у зевак. Когда ещё представится случай поглазеть на такое? Город ещё долго будет гудеть от слухов, а моя история обрастёт подробностями вроде того, что я голышом летала на метле над праздничными кострами и вместо вяленого мяса закусывала младенцами.
Прохлюпав по влажной соломе подальше от двери, из-под которой тянуло холодом и сыростью подземелья, я приземлилась на подстилку у противоположной стены. Тишину не нарушало ничто, кроме капающей с потолка воды. Если в темнице и были другие камеры, они либо пустовали, либо заключённые уже смирились с судьбой и сидели молча. Загипнотизированная мерным стуком капель, я погрузилась в тягостные раздумья. Вдруг из-за двери послышался какой-то чавкающий звук, причём шаги его не предваряли. Я прищурилась и увидела, как через решётку проскользнуло длинное червеобразное тело. Неведомое существо гулко шлёпнулось о каменную кладку и извиваясь поползло ко мне. Я заорала что есть мочи.
Только не змея, только не змея! Впрочем, и гигантская сколопендра меня бы не порадовала. Резко вскочив и, несмотря на боль в лодыжке, встав на цыпочки, я крепко зажмурилась, а когда открыла глаза, ничего не обнаружила.
– Неужто привиделось? – вслух спросила я сама себя.
Но тут что-то легонько дёрнуло за подол юбки. Борясь с ужасом, я опустила глаза и увидела… Вальдара. Ловко цепляясь за ткань маленькими ручонками, он быстро карабкался вверх. Я подхватила фамильяра и аккуратно прижала к себе. Он ласково прильнул к моей щеке и защебетал на своём языке.
– Спасибо, что нашёл меня, Ал! Как я рада, что с тобой всё в порядке. Значит, Леэтель не придумывала насчёт твоих способностей перевёртыша? И про легендарную верность альрауна старуха правду говорила. Ты действительно будешь со мной до самой смерти? – монстрик энергично закивал. – Боюсь, до нашей разлуки осталось недолго.
Малыш нахмурился и заходил туда-сюда по вытянутой руке. Казалось, он выдумывает какой-то коварный план. Но разве такому крохе под силу вытащить из передряги большую и глупую ведьму? А впрочем…
– Ал, чтоб выбраться мне нужны ключи от камеры. Они наверняка у начальника стражи. Ты сможешь найти его? По моим подсчётам, казнь назначат на утро. У нас мало времени.
Фамильяр остановился и оценивающе посмотрел на меня, чуть наклонив голову. С минуту он обдумывал мои слова. Затем, заглянув мне в глаза, медленно моргнул, что я истолковала как согласие на выполнение задания.
Вальдар проворно спрыгнул вниз на горку соломы, которую я подгребла под себя вместо подушки, и метнулся к двери. Очертания его тельца на глазах теряли чёткость, и вот уже червеобразное создание скользнуло между прутьями решётки. Я подбежала к двери, подтянулась вверх и выглянула в темноту коридора. Но вместо ползучей твари к едва освещённой тусклым факелом лестнице грациозно вышагивал крупный кот. Ай да альраун!
Потянулись долгие часы ожидания. То есть на самом деле я понятия не имела, сколько прошло времени, но оно длилось бесконечно. Снаружи всё было без изменений, ни соседей по камерам, ни стражников не было слышно. Скорее всего, начальник испугался, что я, даже закованная в стальные кандалы с примесью орихалка, смогу перехитрить или зачаровать его недалёких подчинённых.
От размышлений меня отвлекло доносившееся с лестницы позвякивание.
Кто? Стражник или альраун?
Я чуть было не застонала от нетерпения, но вместо кожаных сапог на ступенях показались мягкие лапки. В этот момент я открестилась от мнения, что из кошек, тьфу, из альраунов не выйдет хороших фамильяров.
