Поцелуй длился всего несколько секунд, но мой мир успел перевернуться с ног на голову. Юноша потянулся ко мне. Опомнившись, я резко отскочила и, промямлив что-то нечленораздельное, рванула прочь, подгоняемая гулкими ударами сердца.
Я боялась, что после неловкого первого поцелуя даже заговорить с принцем постесняюсь. Но, как ни странно, с этих пор наши беседы стали гораздо непринуждённее, а встречи казались совершенно естественными. Словно исчезла какая-то стена, разделявшая нас. Препирательства и поддразнивание теперь казались просто игрой, распаляющей чувства и воображение. И всё же мне не верилось. Слово «игра» не просто так вертелось на языке. Всё происходящее было настолько чудесным, что казалось притворством, уловкой. Я старалась насладиться моментом, но подсознание упорно искало какой-то подвох. Что есть во мне такого привлекательного для принца? С другой стороны, что могло заставить его так жестоко подшучивать надо мной? И эта сцена на балконе…
Эдак ко всем напастям добавится головная боль! Я решила перевести свой мысленный взор на нечто иное. А что могло быть важнее будущего короля Дарина и всего Брандрогда? Это первостепенно!
Теперь на каждом свидании с Авином, на каждой прогулке нас незримо сопровождал верховный маг. Я постоянно думала о нём, совершенствуя и оттачивая свой план. Не позволяя себе с головой погрузиться в ванильные девичьи мечты вроде «и жили они долго и счастливо».
– …в этом моя слава меня опережает! – засмеялся престолонаследник.
Я вздрогнула, выхваченная из омута мыслей, и взглянула на принца из-под ресниц, стараясь скрыть за улыбкой полнейшую растерянность.
– Ох, неужели ты снова не слушала, Мари?
Слабо запротестовав, я пыталась вспомнить, о чём мы говорили.
– Теперь понятно, почему ты единственная девушка, почти не подпадающая под моё обаяние. Ты просто не обращаешь на меня внимания.
Авин притворно вздохнул, краем глаза наблюдая за реакцией. Стараясь умаслить его, я жеманно прикусила губу, как это делали миловидные молоденькие фрейлины, кокетничая с придворными. Но либо это казалось привлекательным только пузатым вельможам, старательно зачёсывавшим на плешь три последних сальных волосины, либо я переоценила собственные способности к флирту. Вместо предполагаемого разгорячённого вздоха с губ принца сорвался сдавленный смешок.
– Умоляю, пощади! – хохотнул он и схватился за живот. – Видно, у тебя не было времени попрактиковаться в обольщении, Мари. Получается ужасно. Оставь все эти манерные уловки аристократкам.
Пришёл мой черёд возмущаться. Только я собралась по привычке разразиться гневной тирадой, как Авин рывком притянул меня и запечатал рот поцелуем. Для проформы я вяло посопротивлялась, но быстро сдалась.
– Вот сейчас узнаю мою вздорную нимфу.
Пропустив мимо ушей нарочито вольное обращение, я старалась остановить быстро раскачивающийся перед глазами мир.
– Твои губки созданы не для споров, а для поцелуев.
Не встретив отпора, Авин уже готов был перейти в наступление. Не на шутку испугавшись стремительного развития событий, я не нашла ничего лучше, чем выпалить:
– Расскажи о нём!
– О ком? – принц застыл на середине движения.
– Об Алестате.
– Опять за своё? Ты гуляешь в зимнем саду с самым завидным женихом королевства и при этом расспрашиваешь о придворном чародее? – пылу у юноши явно поубавилось. – Ладно, что конкретно тебя интересует?
– Если он служил ещё при покойной королеве, что поддерживает его юность? Или на самом деле он глубокий старик, а видимая молодость – морок? И почему он не женат?
Последний вопрос сорвался с языка прежде, чем я успела его осмыслить.
Брови Авина поползли вверх, но спустя мгновение он нахмурился.
– У меня нет ответов на первые два вопроса. Думаю, об этом стоит поинтересоваться у самого Илдиса. Что до последнего… Уж не увлеклась ли ты волшебником за моей спиной, Мари? Спрашивать о личной жизни мага сразу после поцелуя со мной – это, знаешь ли, любого мужчину заставит занервничать.
Он испытующе уставился на меня, и этот взгляд жёг сильнее калёного железа в пыточной замка. А она – пыточная – во дворце имелась. Вспомнив о жуткой комнате, в которую случилось забрести на днях, я невольно передёрнулась. Впрочем, мне повезло, и этот жест наследник престола трактовал по-своему.
– Вот и меня в дрожь бросает от мысли о том, что тебя может заинтересовать Алес. Он не был женат и вряд ли вообще когда-то влюблялся. Кажется, женщины его интересуют только в качестве потенциального объекта для сожжения на очищающем костре.
При упоминании казни я задрожала пуще прежнего. Алестата действительно нельзя было назвать дружелюбным, да ещё сговор с фейри, но как же подаренное платье? Эта тайна так и не отпускала меня.
– Но вы говорили, что маг прибыл во дворец в свите вашей матери. Неужели среди приближённых королевы мог затесаться женоненавистник?
