Меня занесло в незнакомую часть дворцового сада. Под ногами похрустывал свежий снег. Он пуховым одеялом укрыл всё вокруг. Белый лист снежного покрова словно ждал, когда я напишу на нём решение головоломки. Тёмные стволы спящих деревьев торчали тут и там как загадочные символы. Вечнозелёные ели приветственно покачивали заиндевелыми лапами. Нигде ни следа. Я пожалела, что не позвала альрауна составить мне компанию. В его шубе холода можно не бояться, а мне было бы с кем поговорить.
Внимание привлёк отблеск в дальней части сада. Всё равно делать нечего, поспешила на разведку.
Передо мной предстало странное строение со стеклянными стенами. В теории они должны были быть прозрачными, но мороз разрисовал стёкла узорами до самой верхушки, и что внутри – оставалось загадкой. Купол крыши тоже был прозрачным, и внутрь лился солнечный свет. Он подсвечивал морозные узоры, и здание казалось древним монументом, расписанным белыми рунами.
Я хотела обойти его кругом, но строение оказалось просто огромным. Припорошенная свежим снегом цепочка следов указала, где искать вход. Я заметила ручку и подёргала за неё. Дверь скрипнула, зашаталась от напора, но не поддалась. С досады пнув сугроб, я хотела было повернуть обратно к замку, но тут послышался щелчок задвижки, и дверь слегка приоткрылась. На пороге застыла удивлённая служанка. Она растерянно посмотрела на меня:
– Госпожа? Мы не ждали гостей. Вы что-то хотели? Может, в вашей комнате нужно сменить букет? Или есть какие-то пожелания насчёт цветочных композиций?
– Букеты? Композиции? – глупо переспросила я. – А, у вас тут, наверное, склад цветов? Какая-нибудь сохраняющая магия?
– Нет! Что вы! – засмеялась девушка. – Это обычная оранжерея.
Она распахнула дверь, жестом приглашая меня войти.
– Оранже… – я осеклась, шагнув в стеклянное здание.
Внутри был разбит дивный сад. Мимо с деловитым жужжанием пролетали шмели, вокруг цвели розы, орхидеи, тюльпаны и нарциссы, зрели на ветках томаты, апельсины и лимоны. Казалось, оранжерея – храм, где весна и лето пережидают зиму и наперебой хвастаются самыми удачными своими творениями.
– Райский сад! – выдохнула я, моему восхищению не было предела. – Значит, все овощи и фрукты, которые ежедневно подаются на стол Его Величества, цветы в вазах во дворце – всё это отсюда? Твоя заслуга?
– Да! – девушка улыбнулась смущённо, но не без гордости. – Ну, не только моя, конечно. Нас, садовников, здесь почти два десятка.
Поспешно сняв тёплый плащ с меховым подбоем и шапку, я осталась в простом тонком платье. Внутри здания было тепло.
– Удивительно! Из зимы в лето всего один шаг! Я могу немного погулять здесь? Обещаю ничего не испортить.
Я умоляюще посмотрела на садовницу. Она колебалась.
– К нам редко заходят знатные леди, – протянула она.
– О, на этот счёт не волнуйся, я никакая не знатная леди. Я травница – лекарь при дворе.
Девушка заметно расслабилась и улыбнулась более открыто.
– Значит, вы любите растения не меньше моего. Вы, наверное, ищите что-то конкретное?
– Да! Нет… Я случайно наткнулась на это место.
Едва не выпалила: «Мне нужна крапива», но вовремя сообразила, что задача садовницы – избавляться от сорняков, а не выращивать их в оранжерее.
– Если можно, я просто осмотрюсь.
Служанка кивнула и мигом растворилась среди листвы, как умеют разве что цветочные феи.
Глупо даже надеяться найти в этом дивном саду жалюгу, как называла крапиву Леэтель. Но раз уж Великая привела меня сюда, я должна попытаться. Блуждая среди фруктовых деревьев, цветочных клумб и грядок с ягодами, я всматривалась в каждый молоденький росток, выбивавшийся из общего порядка. Увы, кроме пары сорных травинок, которые я отщипнула в подарок Вальдару, поживиться тут было нечем. То есть здесь были клубника и садовая земляника, голубика и черника, даже кусты порозовевшей лесной малины. Но всё это зрело в оранжерее не по мою душу. А вот так нужной для зелья крапивы – ни следа. Жирную плодородную почву жалюга любит, да видно, с сорняками тут разговор короткий – дёрнут и долой.
Обогнув очередной цветник, я упёрлась в живую изгородь. Странно! Бирючина. Она неприхотлива, цветёт мило, но ни для срезки в букет, ни для употребления в пищу не пригодна. Так зачем она здесь? Тем более что сразу за ней высится стеклянная стена.
– Зачем в оранжерее изгородь, пусть даже живая? Если только…
Аккуратно раздвинув непослушные ветви, я просунула руку внутрь куста. Вопреки ожиданиям, стены по ту сторону не оказалось.
Не верь глазам своим!
Оглядевшись и не заметив вокруг никого из садовников, я стала протискиваться через бирючину там, где ветви были более чахлыми. Несколько минут мы с растением повоевали, но пришлось вредному кусту пропустить меня в тайный уголок, скрытый магией. Несложно догадаться, кому могла принадлежать эта часть оранжереи.
Интересно, садовники не помнят об этом месте или Алестат запретил им являться сюда?
