Учились. Осваивали незнакомое многим сельское хозяйство, практиковались, делая ошибки при разведении домашнего скота. Платили многим, чтобы его купить. Жили в страхе и его же внушали окружению.
Неизлечимая болезнь, возникшая из ниоткуда, пугала не только эйуна, но и амелуту, живущих бок о бок с больными. Не всех успокаивало то, что ещё не было известно ни об одном случае заболевшего человека. Ведь соседи не знали болезни тысячелетиями, и вот… Не всякий рынок, не всякая деревня спокойно относились к пришедшим за покупками будущим дайна-ви.
Конфликт нарастал, то тут, то там вспыхивали стычки, кое-где перераставшие в бунт. Правители амелуту решили проблему радикально. Больных объявили вне закона, наложив запрет на содействие и торговлю. Для не успевших за столь короткий срок наладить хозяйство до уровня самообеспечения это стало чудовищным ударом. И как всегда в подобных случаях, нашлись те, кто понял, что поодиночке проблему не решить. Семейная пара Ландариэль и Раметрия возглавили объединение больных эйуна в единую общину.
Некоторое время на это смотрели сквозь пальцы, но ни один король или тану не мог не обратить внимания на постепенно нарастающую третью силу, что появилась на подвластных территориях. Сначала от чёрного пятна на карте старались избавиться мирными методами — перекроили торгово-караванные маршруты, увели стада подальше, переселили целые деревни. Фактически оставили одних в надежде, что болезнь возьмёт своё и пятно исчезнет само собой. Но изолировать полностью не получилось.
У больных было достаточно родственников, которые их тайком поддерживали. Да и среди амелуту находилось немало желающих подзаработать и переправить продукты и прочие товары мимо форпостов в Звезду Надежды — первое поселение народа дайна-ви. Это была капля в море, но именно она позволяла продолжать цепляться за жизнь. К тому же редкие встречи с родными приводили к тому, что ряды больных продолжали пополняться.
Среди ближайших советников тану появились сторонники решительных мер. Уже в открытую высказывались предложения уничтожить рассадник заразы. Сдерживающим фактором послужила глубокая вера властителя эйуна, опасающегося кары со стороны богини огня и войны Фирры за подобный поступок. Геноцид ею не поощрялся, говоря крайне мягким языком. Амелуту мучила та же дилемма, никто не хотел испытать на себе силу божественного гнева.
И пока совет за советом поднимал этот вопрос, Раметрия уговаривала мужа поступить так, как всегда поступали эйуна. И в итоге уговорила. Была предпринята попытка захвата ближайшего города, принадлежащего амелуту, с целью обеспечить безопасность жителей Звезды Надежды за его высокими стенами, а также для пополнения запасов. Это стало началом полномасштабной войны. Войны за право жить.
Правители ответили на акт агрессии незамедлительно, но тану даже не представлял, чем это обернётся для его народа. Привыкшему к военной дисциплине и повиновению пришлось вспомнить, что под его началом не игрушечные солдатики, а те, чья родня оказалась по другую сторону поля битвы. Среди эйуна началась гражданская война. И хотя первый бой за город дайна-ви проиграли, с началом официальной войны к ним примкнули силы перешедших на их сторону родных. Ораторский талант и знания тактики Ландариэля и стратегическое мышление Раметрии позволили им создать армию, имевшую все шансы на победу.
Война длилась пять лет, и первые два года успехи дайна-ви поражали. В те времена, до реформ Варина Раслинга, одарённые в армии амелуту были редкостью, потому всё решало военное умение сторон. А дайна-ви науку войны изучали с рождения.
Но помимо людей и сородичей у них был и третий враг, о котором они забывали в привычной горячке битвы. Болезнь. Она настигла всех, кто пришёл на помощь родным. Многие пожалели о поспешном решении, продиктованном честью и желанием защитить семью, но назад дороги уже не было. И новых пополнений в рядах бунтарей тоже. На третий год войны зараза забрала Раметрию, которая успела оставить мужу только одно завещание: продолжить начатое и завершить общее дело победой. У Ландариэля даже времени не было, чтобы достойно оплакать жену. Сразу после похорон он принялся исполнять её последнюю волю, но, увы, не обладал хваткой стратега и далеко не всегда выбирал среди решений советников идеальное.
Среди военных начальников эйуна было немало сторонников радикальных мер. Несколько карательных акций беспримерной жестокости, исполненных ими без приказа сверху, подорвали моральный дух дайна-ви. А видя, что сами их сородичи не брезгуют такими методами, к ним присоединились и амелуту, радуясь возможности безнаказанно добраться до женщин-эйуна, тогда ещё красивых. К тому же перед лицом сильного и упрямого противника амелуту и эйуна впервые за многие годы решили выступить единым фронтом. В войне наступил перелом.
