С этим пятном на совести тоже пришлось учиться жить. Не всем это давалось легко, и не одна личная драма сопровождала изменение традиций. Были и такие, кто просто не смог смириться. Принося публичные извинения общине за то, что не могут разделить с ней единый путь, они совершали ритуальное самоубийство, благословляя остающихся в живых на дальнейшую борьбу. И всё же большинство понимали, что иначе никак, и скрепя сердце скрывали до поры до времени от детей, что прежде всё было иначе. Новые поколения росли, узнавая о традициях предков, изучая историю в зрелом возрасте.
А ещё был Холод. Неспособность сопротивляться его силе — наследие Первой болезни. Дайна-ви столкнулись с тем, что их жизнь могла оборваться с приходом холодов. Тепло стало олицетворением завтрашнего дня, а борьба за него — первостепенной задачей. Они настолько боготворили его, что годы спустя это стало толчком для появления новых традиций. Дайна-ви окончательно отринули привычную мораль. Тепло в любом его виде ценилось дороже всего, что окружало их. Они перестали осуждать друг друга за стремление получить хотя бы его каплю. Ежедневный труд отбирал все силы, и у них не находилось времени и духа на осуждение таких же борющихся за жизнь. Правители приняли это изменение и закрепили законодательно. Отныне никто не мог осудить другого члена общины за стремление к теплу: душевному ли, телесному ли. Они научились открыто спрашивать, получать ответ и жить дальше. Неважно, услышали «да» или «нет».
Численность, Холод. Эти проблемы не были единственными. Маленький клочок суши не мог обеспечивать нарождающийся народ ресурсами вечно. Вырубка деревьев под пашни и строительство быстро опустошила край. Встал вопрос нехватки топлива для обогрева жилищ. Среди дайна-ви не было знатоков горного дела, даже их предки эйуна владели им только на уровне добычи камня для построек. Полезные ископаемые обычно закупались со стороны.
В поисках ответов они снова оглянулись на Топь. И научились. Ходить по ней. Приручать болотных животных. Охотиться. Бороться с ужасными тварями, для которых болото являлось домом. Освоили несколько новых ремёсел. И однажды среди островков, разбросанных среди Топи, было совершено великое открытие, на столетия подарившее им надежду: порух. Уникальный материал, дающий тепло и свет. Оставалось одно — организовать регулярную добычу.
На тот момент у дайна-ви уже подрастало молодое поколение, активно принимающее участие в жизни общины с самого юного возраста, но тех, кто бы мог участвовать в настолько тяжёлых работах, как разработка полезного ископаемого, было мало. А ведь ещё надо пахать поля, обустраивать временные поселения рядом с местом добычи… Как ни старались лучшие умы решить эту задачу, она не сходилась с ответом. Нет работников. Значит, их тоже надо достать на стороне. Поначалу согласных с единственным, озвученным шёпотом вариантом нашлись единицы. В основном среди тех, кто так и не смог простить народу-прародителю предательство соплеменников и жестокость — людям.
Шло время. И с каждым годом, глядя на редеющий лес, всё больше находилось тех, кто понимал — нет другого выхода. В 327 весну от начала Эпидемии дайна-ви пересекли болото и ступили на земли амелуту. Деревни, стоявшие рядом с лесом, содрогнулись от ужаса, увидев эйуна страшного облика, которые взяли в плен и утащили на Мрекское болото самых сильных мужчин и зрелых сыновей. Налёт следовал за налётом, и к тому моменту, как весть долетела до Гая, в этих поселениях остались только старики да воющие женщины с младенцами. Судьба взятых в плен осталась неизвестной.
Сначала на помощь селянам выслали небольшой отряд, полагая, что его хватит, чтобы побороть каким-то образом выжившую среди болот кучку больных бандитов. Судьба отряда оказалась аналогичной судьбе крестьян. Привыкшие, что эйуна воюют лицом к лицу, считая ниже достоинства настоящего воина ударять со спины, солдаты оказались абсолютно не готовы к той битве с неожиданными атаками и засадами, которую развернули против них их потомки дайна-ви. Они не ставили себе целью победить и убить. Им нужны были пленные. Лес наполнялся ловушками.
Король, правивший тогда людьми, приказал захватить несколько языков.
Постепенно, через вновь поступающих рабов, дайна-ви восстановили картину событий, происходивших далеко от Мрекского болота. Пленных рабовладельцев допросили, и о результатах допроса стало известно тану. Узнав о том, что дайна-ви охотятся на рабов, отбросили принятую у их народа строгую мораль об их семьях и традициях, эйуна отреклись от своих потомков. Их судьба была полностью отдана в руки амелуту, чьи территории лежали ближе всего к болоту. В глазах народа-прародителя дайна-ви были достойны только смерти, как нарушившие все известные кодексы. Никто не стал разбираться, почему так произошло.
