— На сей раз мы отнеслись к появлению вестника со всей серьёзностью. Конечно, был период привыкания, взаимного изучения, но этот человек был готов слушать божественные силы всем своим существом. Он ещё дома начал идти по пути тапас[10], аскезы, если тебе так понятнее. Он был уверен, что боги за усердие избрали его в помощники. Мы не стали его разочаровывать. Подбирать слова для человека столь… увлечённого и верующего было сложно, но в итоге он возгорелся желанием выйти учителем к Первым. Языку Илаэра его обучила. Семь лет. Вот во сколько вылился «родительский долг» Мадхава. Он призывал Первых к смирению своей плоти. И на наше удивление — весьма в этом преуспел. Первые были подвластны своим инстинктам, но всё же разум их был достаточен, чтобы осознать пользу от разумного потребления духовной энергии. И стремления к большему. Ведь проповедуемое Мадхавом учение говорило, что смирение себя даёт впоследствии возможность просить что-то у богов. Конечно, прямой связи нет. Но опыт подсказывал нам, что к вестнику стоит прислушаться, и мы поддержали его, даруя награды Первым, решившим пойти по пути его учения. Когда наши творения пришли к нам, принеся в качестве подношения собственную веру, мы многое поняли. То, насколько это важно. Кстати, тогда же стали зарождаться и первые брачные традиции. Верность эйуна берёт своё начало в Эпохе Изменений, когда на нашу землю ступил Мадхав.
— Его проповеди не прижились до конца, — сказала Илаэра. — Многое забылось или извратилось с тех пор, как он ушёл. И не все Первые пошли по его пути. Но этого было достаточно. Они стали медленнее распространяться. Единственная проблема, которая оставалась, это проблема свободной энергии.
— Собирать точечные выбросы по всей Рахидэтели утомительно, — пожаловалась богиня воды.
— С уходом Мадхава мы заново перебрали по крупицам его мировоззрение и дополнили тем, что узнали от Набу, — продолжила Илаэра. — И нашли нечто общее — понятие посмертия. Пересмотрев и тщательно проанализировав легенды, принесённые в мир этими существами, пришли к выводу, что это — решение. И тогда в Рахидэтель ступила Маяра. Смерть. Ей пришлось много работать, чтобы создать канал, достаточный для безболезненного переноса энергии в пространство, которое разумные зовут Чертогом Маяры. За это время Первые, даже те, кто не сразу принял учение Мадхава, уже освоились с работой над духовными линиями. Мы обнаружили, что этого оказалось достаточно, чтобы энергия, уходящая по посмертным каналам, несла в себе память о жизни смертного. Они стали одухотворёнными. Начала оживать душа.
— Последователи Мадхава услышали мой голос, — сказала Маяра, — и добровольно уходили в мой Чертог. Я предложила им сладкую вечность без боли. В то время это могло быть только так, поскольку сами Первые обладали бессмертием и не все хотели рисковать и менять привычную вечность на новую, неизвестную. Тогда же я осознала, что если хочу исполнить обещанное, то должна оставлять в своих покоях только избранных, тех, чья душа не была испачкана при жизни. И начала судить.
Богиня Смерти тяжело вздохнула. То ли предавалась воспоминаниям, то ли грустила о чём.
— Так и повелось, — продолжила Илаэра, — услышавшие наше внушение уходили к Маяре, а энергию, выбрасываемую теми, кто отринул этот путь, продолжала собирать Рити. На какое-то время всё успокоилось, и мир начал потихоньку двигаться в сторону стабильного существования. Но на нашу беду, не все Первые хотели себе подобной кончины: уйти в небытие или отвечать за свои дела — выбор невелик, но кто захочет его делать? Вечность, хоть и горькая, разумному всегда милее, чем стирание самой памяти о себе на ткани бытия. Нашлись те, кто не захотел смиряться. Они поняли, как приспособить учение Мадхава к собственной выгоде. И стали работать над духовными потоками, учась накапливать силу, чтобы исключить возможность случайной смерти и обеспечить себе всесильную вечность. Одному удалось больше остальных. Намного больше. Жажда превосходства, привнесённая в Рахидэтель Зейшей, вынудила других амбициозных Первых сплотиться против носителя подобной мощи. Его убили. Память об этом событии хранится на картах страны до сих пор. Кратер озера Чагъери, усыпанный прахом побеждённого и победителей, — таков результат разрыва духовных линий этого существа.
Ира сглотнула. Огромное озеро, конечно, не сравнить с Байкалом, но для такой небольшой страны, как Рахидэтель, оно сравнимо по значимости. И его кратер — результат взрыва некоторого количества живых существ? Какова же реальная ударная мощь у духовной силы? Упаси боже, чтобы на Земле кто узнал про такое…
