— Это самые первые наши творения. Неудачные, — прокомментировала Харана. — В истории смертных, которую учат в школах Рахидэтели, эти существа и те, что являлись прародителями эйуна, слились в одно понятие, но мы меж собой разделяем их на Первых и Первых-прародителей. В самом начале мы совмещали наиболее продуктивные природные решения в одном существе и пытались удерживать это всё с помощью волшебства. Искра разума в таком теле не приживалась надолго. Она гасла, едва они успевали оставить потомство. Первые становились ничем не отличимыми от животных. Минимальный набор основных инстинктов. О том, чтобы эти существа могли стать сосудами для дара, речи даже не шло. Волшебство, удерживающее их оболочки, на поверку оказывалось нестойким, потому эти творения в какой-то момент жизненного цикла просто рассыпались в прах. Однако численность удавалось поддерживать довольно стабильно: на способы их размножения не было наложено ограничений и не требовалось обязательного наличия самца и самки.
— Они что, были гермафродитами? — уточнила Ира.
— Не все. Опыт мира растений тоже нашёл в них своё отражение. Вегетативный[9], например.
«Ага. Отруби щупальце — вырастет осьминог. Голова Горыныча наоборот. Ночной кошмар всех Иванушек — от дураков до царевичей. Божественная фантазия в действии. Конечно, то, что у демиургов возможности ограничены, уже было понятно из вчерашнего разговора, но и те, что есть, всё равно ни в какие рамки не лезут!»
— В итоге мы уничтожили результаты неудачного эксперимента и решили запускать акты творения, но не вмешиваться в естественные эволюционные процессы, которые шли следом. И дать разум не всем подряд, а самой перспективной паре. Опыт показал, что в высших формах животных разум удерживается легче, а их формы устойчивее. Мы тогда вообще много экспериментировали. Первые-прародители были менее впечатляющими, чем Первый и Первая, но более подходящими под наши нужды.
Снова рябь, и на сей раз существа, которые не могли не вызвать улыбки. А уши! Прелесть-то какая! Хотя размерчик внушительный. По виду больше зверушки, но с ранними подвижками в сторону гуманоидов. Уже никаких признаков растений, одноклеточных, грибов и всего того, что влили искусственно и склеили магией в первых творениях.
— А эволюционную лестницу посмотреть можно? — ну интересно же узнать, как из этих лапочек получились эль… то есть эйуна. И лишний раз утвердить в голове, что они не сказочные персонажи, а результат действия законов природы.
Шар моментально откликнулся на просьбу и показал живых существ, стоящих один за другим. Они двигались, поворачивались разными сторонами, давая возможность себя рассмотреть.
— Угу, — кивнула Ира, бубня себе под нос: — Уменьшение роста, выпрямление осанки, развитые руки, уши тоже… А они раньше хорошо слышали, да?
— И сейчас, — ответила Харана. — У потомков Первых абсолютный слух. Хоть и несколько притупленный по сравнению с их предками. С животными не сравнить. Ловкость — тоже наследие прошлого, в этом они превосходят тех же амелуту. Хотя сейчас разница уже не так заметна. Долгие тренировки — и её не видно совсем.
— А что земляне?
— Первый вестник Изнанки появился вскоре после того, как наши эксперименты достигли успеха. Удачное сочетание компонентов чуть не обернулось для всей Рахидэтели большой бедой. Мы тогда тоже были молоды, неэкономно расходовали свои силы и ещё не настроились, выражаясь языком литературы, на вселенскую мудрость.
У Иры в голове всплыла картинка из научно-популярного фильма про первые дни Земли. Всё горячее, кипучее, взрывается, идут процессы. Долго идут, пока где-то не остынет кусок, где-то не получится случайная реакция, которая запустит всё в новом направлении. Скорее всего, прошлое Рахидэтели мало чем отличалось. Просто какие-то процессы завершались и начинались быстрее, потому что шли не сами по себе, а являлись результатами экспериментов молодых божественных сущностей. Которым дали пусть и ограниченные, но просто колоссальные запасы энергии для игр в творение. Любая вновь созданная система нуждается во времени, чтобы устаканиться и начать существовать в покое. А Рахидэтели досталось по полной, пока богини разбирались в мироустройстве и изучали всё вокруг методом научного тыка. Ох…
— Почти правильно, — сказала Илаэра, никак не отреагировав на то, что Ира мысленно назвала их с сестрой заигравшимися детьми. — И мы не рассчитали всего. Первые, те которых считают предками эйуна, были хитры, расчётливы и эгоистичны от природы. Это была животная суть, которая использовала ум в качестве инструмента для удовлетворения низших инстинктов. Искра разума держалась прочно. Получив такой многообещающий результат, мы рискнули влить в этих существ крупицы дара. Дар вошёл в резонанс с разумом и наполнил тела первыми духовными линиями. Результат превзошёл ожидания: Первые, ошарашенные новыми ощущениями, инстинктивно, на одном чутье сумели перенаправить линии так, чтобы зациклить внутри себя и как следствие создать не подверженную времени оболочку.
— Не поняла. Что значит «не подверженная времени»?
