Мордатый оказался крепче, чем ожидалось. Пока девушка шарила по его карманам, он успел прийти в себя, сориентироваться и понять, что Анья одна. Осталось только неожиданно и резко выбросить вперед руку, схватить девушку лапищей за горло и легонько сжать. То, что он сделал это не в полную силу, я понял по хрипу Аньи. Значит, еще жива, значит, мордатый решил ее не убивать. Хорошему воину достаточно мгновения, чтобы раздавить пальцами трахею противника, а мордоворот по меркам этого мира был все-таки неплохим бойцом, несмотря на его недостатки.
– Попалась, сучка! – прошипел он, медленно доставая длинный нож из ножен на поясе. – Помочь своему кобелю пришла, да? Соскучилась? Ничего, сейчас ты поймешь, что я лучше. Только не обессудь, я люблю с кровью. Трахать и резать понемногу. Лицо, руки, шею. После этого ты точно станешь другой и наверняка надолго меня запомнишь…
Он говорил что-то еще, но я уже не слушал. Я был занят, взвешивая на руке трофейную железяку. У меня был только один шанс, а в моем состоянии попасть с трех метров, метнув лом сквозь прутья решетки, – задача непростая. Но решить ее нужно, причем так, чтобы урод больше не поднялся с этого пола.
Наконец я размахнулся, насколько позволяла моя тесная клетка, и с силой метнул заточенную железяку…
Но в самый последний момент мой добротно побитый организм сыграл со мной злую шутку. Меня слегка качнуло, и лом, слегка чиркнув по решетке, полетел не совсем туда, куда я его отправил…
Хотя мой бросок оказался не совсем безрезультатным. Метил я в голову мордоворота, а вместо этого грубо заточенное железо врезалось в кисть руки, сжимающей рукоять ножа.
Послышался хруст, за ним – грохот лома, упавшего на пол. А потом заорал вертухай, из раздробленной кисти которого торчала тоненькая сломанная кость. Вот оно как, значит, получилось. Судьба – девушка справедливая и беспредельщиков наказывает сообразно тому злу, которое они причинили другим, или собирались причинить. Рано или поздно. В данном случае очень хорошо, что рано.
От боли вертухай разжал хват на горле Аньи. Девушка, хрипя, вдохнула – и с неожиданным проворством бросилась к ножу, валяющемуся на полу.
Мордоворот слишком поздно осознал свою ошибку. Дернулся было к Анье, забыв про искалеченную руку, но та плавным движением ушла от его броска, гибкой змеей скользнула за спину… Тоненькая, но сильная ручка легла на рот вертухая, после чего основанием указательного пальца девушка резко надавила на корень мясистого носа.
Это очень больно. Настолько больно, что даже здоровенный мужик хочешь не хочешь, а запрокинет голову, повинуясь движению девичьей ладони. А потом девушка, продолжая удерживать голову мордатого вертухая прижатой к своему плечу, воткнула нож на четыре пальца ниже правого уха и мощно резанула от себя, одновременно отворачивая голову обреченного влево. Это правильно. Это чтоб поток кровищи, хлынувший из располовиненной сонной артерии, не залил ее с головы до ног.
Правда, долго удерживать безвольное тело Анья не стала. Придержала ровно столько, сколько требуется для нанесения широкого разреза от уха до уха, и энергичным толчком бедра отшвырнула мордоворота от себя. И это тоже правильно, ибо серьезно раненный организм в восьми случаях из десяти рефлекторно экстренно освобождается от дерьма и мочи – чисто чтобы продукты жизнедеятельности в кровь не попали и заражение не вызвали, что особенно актуально при ранениях брюшной полости. А потом неопытный диверсант полдня камуфлу отстирывает от крови и чужого поноса, мгновенно пропитавшего штаны и умирающего, и его убийцы.
Но сейчас организм мордоворота старался зря. С правильно, не киношно перерезанным горлом человек умирает в считаные секунды. Это на экране порой чиркнут лезвием по коже, и нехороший человек тут же дохнет в конвульсиях. В жизни же это действительно грязное дело требует сноровки, которая у Аньи определенно имелась. Нет, ну честное слово, девчонка нравилась мне все больше и больше. И дело не в ее навыках, которые, скорее, могут отпугнуть любого нормального мужчину. Просто не каждый мужик пойдет спасать малознакомого товарища из плена, осознавая при этом, что для достижения задуманного придется убить охранника. Ведь поймают мутанты и за убийство человека из свиты ценного гостя точно не пожалеют «сестру» – вон они как перед этим Мардом приседали. Даже страшно представить, на что способны муты, желающие выслужиться перед сильным союзником.
А она не испугалась. Пришла, убила и сейчас идет к клетке, перебирая связку с ключами окровавленными пальцами, – даже при наличии необходимых навыков трудно зарезать человека, не замаравшись в его крови.
– Где это ты так ножом работать насобачилась? – поинтересовался я, пока Анья подбирала ключ к большому висячему замку, тронутому ржавчиной.
– Дома свиней резала, – буркнула девушка. – У нас под землей большое хозяйство. Было. Пока не пришли твари и не выгнали нас в городские руины.
