За всеми этими мыслями Маша как-то незаметно закрыла глаза, позволила телу расслабиться, и, видимо, начала засыпать. Потому что когда телефон в руке завибрировал, вздрогнула, глаза открыла. В первый момент испугалась, что это Стас, а она так и не подготовилась к разговору с ним. Но звонила мама. Третий раз за последние полчаса, это не предвещало ничего хорошего.
- Маша, у тебя всё хорошо? – голос матери звучал звонко и нервозно. Маша даже испугалась, что причина её нервозности именно в ней. Ответила осторожно.
- Хорошо. Я… занята была.
Галина Ивановна выдохнула.
- Я переживала. Выходной день, а ты к телефону не подходишь.
Голос матери звучал расстроено, но внушительно, сразу становилось понятно, что дело совсем не в том, что Маша пару раз не ответила на её звонок. Поэтому Маша спросила:
- Мама, а у вас всё хорошо?
- Нет. – Галина Ивановна коротко ответила и замолчала. Но пока Маша хмурилась, наполнялась беспокойством и принимала более-менее сидячую позу на мягкой постели, продолжила: - Маша, у нас случилась беда. И я совершенно, совершенно не знаю, что делать.
- Мама, что случилось? Что-то с папой?
- Это что-то с твоим папой произошло ещё при рождении, у него перестало работать сознание!
Маша выдохнула, с некоторым облегчением. Раз мама ругает папу, значит, всё не так страшно, по крайней мере, ничего смертельного.
- Что он натворил?
- Это не он. – Галина Ивановна сбавила тон, и следом печально проговорила: - Это Света. Маша, она беременна.
Маша молчала, обдумывала. После чего лицо ладонью потёрла, сгоняя с себя остатки сонливости и усталости. Но на всякий случай решила переспросить:
- Как это?
- А вот не знаю как! – снова заголосила мать в явной панике. – Маша, я совершенно не знаю, что делать!
- Мама, подожди!.. Ты уверена? Точнее, она уверена?
- Уверена! Эта паразитка, эта паразитка три месяца скрывала!
- Господи… А кто отец?
- Глеб Голиков. Племянник Мишиных.
Глеба Голикова Маша отлично помнила. И от этого всерьёз нахмурилась, и решила уточнить:
- А сколько ему лет?
Галина Ивановна прямо ответить не смогла, не хватило выдержки, и вместо этого она дочь оповестила:
- Маша, я написала заявление в милицию! Она несовершеннолетняя, а он… лоб здоровый! – И тут же переспросила: - Я ведь правильно сделала?
Маша тёрла и тёрла переносицу.
- Я пока не знаю, мама. Я… сейчас собираюсь и еду к вам.
- Приезжай, Маша, приезжай. – Галина Ивановна всхлипнула. – Иначе я сойду с ума. Я засужу этого мерзавца, засужу.
- А Света?
- А эту идиотку выпорю!
Вряд ли это было способно разрешить проблему.
Что за день? В разгар суматошных сборов, когда Маша кидала в сумку свои вещи, не до конца понимая, на сколько она едет, что ей там понадобится, а что нет, позвонил Стас. Маша остановилась посреди комнаты, смотрела на фотографию бывшего жениха на экране, одновременно собираясь с мыслями. Их было много, они все были путанные и, казалось, что голова от их количества вот-вот лопнет. А тут ещё Стас. Но Маша всё равно руку за телефоном протянула, на звонок ответила.
- Привет, Стас. – Голос звучал серьёзно и сдержанно, Маша сама это отметила. И Стас расслышал, по всей видимости, насторожился.
- Привет. Я уже волноваться начал.
- По поводу?
- Маша, ты не отвечаешь на мои звонки.
Она остановилась посреди комнаты, осторожно выдохнула. Сердце странно трепыхалось в груди, всё-таки от волнения.
- Извини. Я была занята.
- Чем? Чем ты ночью была занята?
Очень интересный вопрос.
- Стас, не преувеличивай. Вечером я просто не слышала, а сейчас… мне не до разговоров.
- Что-то случилось?
- Да, дома неприятности, мне нужно ехать к родителям.
- Что-то серьёзное?
- Достаточно серьёзное. Надо поехать и разобраться.
- Понятно. Дела семейные.
- Да.
