Обедали молча, теперь ещё больше не люблю азиатскую кухню.
Глава двенадцатая
Отец умеет мотивировать, то эта история с военкомом, то новость про скамейку запасных. Он прав, футбол – не профессия, футбол это страсть, и когда она проходит, ничем не вернешь. Рев трибун не заводит, голы не радуют. Не помню, когда в последний раз забивал. Зарплата снизится на треть. Всё приелось, бросил бы спорт к черту, но не сегодня, никто не выкидывает обувь, не купив новой.
Месяц перед свадьбой прошел как в тумане. Плохо сплю, думаю, чем бы заняться, где взять денег, скоро зима, малышкам и Яне нужны теплые вещи. Утром тренировка, днём дома, вечером тренировка, и снова бессонная ночь. Пересмотрел все видеоролики с бизнес тренингами. Нужно больше свободы. Дрейфую в море возможностей зарабатывать, делать свое дело, шевелиться.
В доказательство теории на одной из тренировок ко мне подошел Виталик. В команде он не новичок, но выделяется. Живет с мамой, без отца, та сильно болеет, не ходит. Мальчик нежный, какой-то пришибленный, никогда не матерится, чересчур правильный.
– Правда, что ты можешь решать вопросы в институте, – сказал почти шепотом Виталик. У него со рта плохо пахло, а людям, с проблемами пищеварения почему-то всегда нужно говорить шепотом и очень близко, чтобы ты хорошо слышал, что он говорит и вонь.
– Ну, да, а что случилось?
– Проблема есть, экзамен сдать не получается.
– Тоже мне проблема. Денег дай.
– Не могу, не умею. Хотел тебя попросить.
– Раз плюнуть. Двадцать тысяч.
– Что-то многовато.
– Как хочешь, с меньшим я не пойду.
– Двадцать, так двадцать.
– Ты, главное, не болтай никому, вопрос не простой, тяжкая статья, между прочим, и это, предмет хорошенько поучи, ты ж не будешь просто молчать, вид нужно сделать, что билет знаешь.
На следующий день Виталик тайно передал мне двадцать тысяч рублей в сером конверте, сотню раз напомнил фамилию преподавателя, дату экзамена и предмет. Не знаю, в каком учебном заведении он учится, и тем более не собираюсь никому ничего передавать. Схема простая: мальчик учит, идёт и сам сдаёт. Сдаст, значит это моя заслуга, деньги заработал, не сдаст – сам виноват, ничего возвращать не собираюсь. План сработал, Виталик получил тройку, о чем возмущенно проблеял мне при встрече, а я ответил, что об оценке не договаривались, денег пожалел, потому и тройка.
Напрасно беспокоился, деньги сами в руки идут.
В середине октября включили центральное отопление. В квартире стало жарко. Люблю прохладу, сплю теперь один в зале на диване. Допоздна смотрю телевизор, утром тяжело вставать. Всё чаще возникает мысль оставить футбол и заняться настоящим делом, каким именно, пока не решил. До свадьбы четыре дня. Портной пошил Яне платье, но она его не показывает. Купили мне классический костюм, оказывается, в нем очень даже удобно, висит в шкафу, ждет своего часа. Я тоже жду.
Папа оплатил банкет в ресторане и сам составил меню. Приглашены, разумеется, отец со своей Илоной, моя бабушка, а также тёти, дяди, двоюродные и троюродные братья и сестры по линиям обоих родителей Яны, её родители и Ксюша. Не думал, что у Яны так много всякой родни, надеюсь, никого не забыли.
Беспокоюсь. Столько всяких мелочей: букет невесты, бутоньерка, запонки, хватит ли еды и алкоголя. Хотел пригласить ведущего и музыкантов, но Яна считает, что это будет лишним, ведь у нас скромное торжество в узком семейном кругу. От букета невесты она тоже отказалась, да и бутоньерка мне не к лицу.
Девятнадцатого октября вечером пошел дождь. Тяжелые капли редко били по стеклу и жестяному отливу. Не могу заснуть, переключаю каналы с выключенным звуком. Заглянул в спальню, Яна спит с блаженной улыбкой. Все давно спят. Выключил телевизор, но сон так и не пришел. Роятся мысли и воспоминания, им нет конца, жаль, что мама не увидит меня завтра.
Заснул ближе к утру. Стоило мне отключиться, как почувствовал грубый толчок в плечо, снова толчок и снова. Я открыл глаза и сощурился, не понимаю, что происходит. Надо мной стоит Яна, позади неё заспанная женщина с чемоданчиком. Первой мыслью было, что кому-то из девочек нехорошо и в коридоре фельдшер скорой помощи, но оказалось, что это всего лишь визажист пришла делать макияж. Не просыпаясь, я побрел в спальню и рухнул в постель, теплую, мягкую, с запахом Яны.
Меня разбудили в восемь. Поспал три часа, чувствую себя бодро. Этот день настал. Наш день. На Яне ночная сорочка, та самая, в которой она была в Геленджике, прическа в виде ракушки из волос с завитым локоном на лице и свадебный макияж. Мне не понравилось, темные коричневые тона прибавили лет десять, сама она красится лучше, менее ярко, натурально. Малышки давно на ногах, суетятся.
Быстро умылся и надел костюм. Новые туфли немного давят плюсневые кости, но терпимо. Нужно помыть машину и купить пышный букет белых роз. За время моего отсутствия Яна наденет платье, и когда вернусь, она будет готова ехать в ЗАГС. Получится, что вроде бы как забираю невесту из дома, я это сам придумал, а цветы создадут нужное настроение.
