Арина выдохнула, потом глубоко вдохнула холодный спертый воздух, снова выдохнула, вдохнула. Принялась считать до ста. Постаралась шевельнуть хотя бы пальцами рук и ног. Бог знает с какой попытки ей это удалось. Пальцы сжались в кулак, снова разжались, и так несколько раз. Потом получилось двинуть локтем, вторым. Дотянуться до собственных бедер и пощипать их немного. Сначала она ничего не чувствовала, но уже скоро тело начало покалывать. Так, теперь она попытается перевернуться на один бок, на другой. Пока возилась, выяснила, что находится в каком-то тесном пространстве, кажется, металлическом.
Что это может быть? Она принялась ощупывать стены, изголовье. Кругом металл, гладкий, холодный. А она почему-то голая. Снова голая? И вот тут она вспомнила. И стоило ей вспомнить, как она закричала голосом, от которого мертвые поднимаются.
Вчера? Кажется, это было вчера. После бурного примирения с Сашкой, завершившегося, как всегда, в постели, она уселась в ванну и под шум бьющей в шапку пены водяной струи все вспомнила. Теперь она знает, где слышала тот самый шепот, показавшийся знакомым на пустыре в ночь убийства. Она точно слышала этот шепот! И теперь знает, где это было.
Лаборатория! Лаборатория, в которой она полгода назад сдавала анализы после того, как заподозрила у себя нехорошую болезнь.
К счастью, ее собственный диагноз не подтвердился. Симптомы оказались всего лишь аллергией на разрекламированный крем для тела. Но тогда она этого еще не знала. Тогда она сидела в очереди в кабинет, где сдают кровь, и тряслась как осиновый лист. И проклинала на чем свет стоит Сашку. Если что, это его вина, не ее же.
Она вошла в кабинет. От пробирок навстречу ей поднялся лаборант — высокий русоголовый парень с грустным взглядом. Чем-то он ей напомнил Есенина.
— Что это на вас лица нет? Что-то тревожит? — приветливо улыбнулся он.
Арина решила заодно сдать анализы на все страшные болезни, сколько их там есть. Чтобы знать уже все точно.
— Нет. Не тревожит. — Она тогда не приняла его улыбки. И зачем-то пояснила: — Это профилактическая мера. Просто у вас дешевле, чем везде.
— Ну да, ну да! — Его лицо как-то странно изменилось, взгляд сделался ядовитым, улыбка злой. — Давайте вашу ручку, сударыня.
Арина задрала левый рукав на блузке, лаборант подошел с резиновым жгутом. В эту минуту дверь открылась и вошел молодой человек. Без очереди, без приглашения. Что показательно: лаборант не сделал ему замечание. Просто слегка нахмурился, кивнул и шагнул к нему, поигрывая резиновым жгутом, который не успел затянуть на ее руке.
— Занят? — спросил тот, что вошел.
— Да. — Лаборант обернулся к ней, губы тронула легкая улыбка. — Извините. Одну минуту.
— Хорошо. — Она кивнула.
Они отошли к окну и стали шептаться. Все больше говорил гость, лаборант только вставлял «угу». То ли Арина в тот момент была слишком напряжена, то ли это страх предстоящей процедуры, но нервы ее пошаливали, а слух и все прочие чувства обострились. Шепот гостя показался ей довольно странным. Она бы назвала его…
Она бы назвала его театрально страстным. Как если бы он репетировал роль. Как если бы подсказывал кому-нибудь из суфлерской будки.
Об этом она думала ровно полминуты, потом отвлеклась и забыла.
Молодой человек повернулся к ней, улыбнулся. Осмотрел с головы до ног. Пробормотал извинения обычным голосом и ушел. Арина сдала анализы. Через пару дней получила подтверждение, что она абсолютно здорова. И все.
Теперь, лежа в ванне, полной пены, она все вспомнила. Внезапное озарение.
— Я его знаю! — сказала она Сашке, как только вышла из ванной.
— Что? — Он в этот момент не валялся, по обыкновению, на диване, а варил им кофе. — Кого знаешь?
— Кажется, я знаю убийцу, Саша. — Арина ошалело уставилась на вновь обретенного мужа. — Я вспомнила! Мне кажется, я знаю его.
— Да? И кто он?
Он в этот момент разливал кофе в чашки и, конечно, отвлекся. А ей вдруг стало обидно, что он не воспринимает ее слова всерьез. Как всегда, считает их выдумкой. Она смешалась, пробормотала, что ей надо еще подумать, как следует вспомнить и все такое.
Сашка не стал настаивать. Они пили кофе, разговаривали, смеялись, мечтали. Ах, как сладко они мечтали о грядущем лете и отпуске! Он осмелел настолько, что заговорил о ребенке.
— Маленькую такую девочку хочу. — Сашка показал зазор между большим и указательным пальцами. — И чтобы на тебя была похожа. Как, Ариша? Сделаем малышку, а?
А потом было пасмурное осеннее утро и Сашкина сонная мордаха, расплющенная на подушке. Она не стала его будить. Тихо собралась и уехала, решила, что позвонит с дороги и все ему расскажет. И чтобы он — если что — сразу сообщил капитану Воронову.
С дороги она не позвонила: проторчала в пробке полтора часа и донервничалась до головной боли. Поставила машину на стоянку, подальше от лаборатории, схватила сумку, проверила телефон — на месте. Включила сигнализацию и двинулась к зданию лаборатории. У входа в которое уже толпились люди.
