Такс снова кивнул. Ну да, именно эту сказку рассказывал ему отец перед тем, как погиб в активной Зоне. Сталкеры знают много сказок. Они придумывают их у ночных костров в походах за хабаром, без которого давно бы загнулось население планеты. Отец еще рассказывал что-то про заводы, электричество, генерируемое не артефактами, а какими-то станциями, про мясо животных, которое не надо перед готовкой очищать в аномалиях, про овощи, которые могут расти под открытым небом. И про людей, которые рождались не в автоклавах, а как-то по-другому. Сталкерские байки – они и есть сталкерские байки, кто ж принимает их всерьез?
– А ты-то как по активной Зоне шастаешь без ствола и сняряги? – мягко поинтересовался Такс, желая перевести разговор с области старых сказок в более понятное русло.
– Мне не нужно ни то, ни другое, – покачал головой незваный гость. – Я писатель, который очень давно придумал это Чертово урочище. А когда ноосфера устроила людям Волну Излучения, видимо, в информационном поле произошел какой-то сбой. И теперь мы, писатели, вынуждены вечно ходить по придуманным нами мирам…
– Зачем? – зевнул Такс.
Разговор ему порядком поднадоел, и вопрос он задал, просто чтобы что-то спросить. От монотонного голоса писателя его стало слегка клонить в сон, и единственное, о чем он мечтал сейчас, так это дождаться конца смены, разбудить Корня – и пусть он сидит и снимает с ушей словесный «жгучий пух», который ему будет навешивать туда чокнутый писатель.
– Мы регулируем равновесие, – пожал плечами собеседник Такса. – Сталкеры ходят в активную Зону, убивают мутантов, собирают артефакты. Если б не было нас, и мутантов, и артефактов с каждым годом становилось все меньше и меньше. Человечество давно бы вымерло в условиях тотальной Зоны при остром дефиците пищи и энергии.
– А мутанты зачем? – поинтересовался Такс, пряча в рукаве куртки очередной зевок.
– Если б их не было, артефакты выгребли бы за один день, – вздохнул писатель. – И мы, писатели, при всем желании не смогли бы это предотвратить. В активную Зону никто бы больше не ходил, и тогда…
Такс вздрогнул. Глаза писателя внимательно смотрели на него. Похожий взгляд молодой сталкер видел лишь однажды. Так восемь лет назад смотрел на него забредший в жилую Зону сытый ктулху, прикидывая, забить мальца про запас или же пусть себе жир нагуливает до поры до времени.
– Скажи, Такс, а Корень хороший человек?
