– Ты правда хочешь стать писателем? – наконец дошли до мозга сталкера слова страшного человека в черном пальто.
Парень судорожно кивнул.
«При чем здесь…»
Но неродившуюся мысль прервал голос, ставший гораздо лучше слышным после того, как от легкого шевеления длинных пальцев аномалия сама собой растворилась в воздухе.
– Я научу тебя всему. Зоне нужны новые таланты. Её эволюция не должна умереть в рамках старых романов, которые хранит ноосфера. Такие как ты напишут новые книги о Зоне, и тогда она изменится. К добру или к худу – неважно, главное, что Зона станет другой. Ведь сюжет, который не меняется, неизбежно умирает, как и любой другой мир, который рано или поздно становится неинтересен живущим в нем людям…
До «отмычки» слабо доходили слова писателя, да и немудрено – вряд ли кому-то когда-либо приходилось побывать в центре «веселого призрака» и остаться в живых. Поэтому он, по инерции продолжая стоять навытяжку, лишь наблюдал, как человек в черном повернулся к нему спиной и медленно подошел к крутящемуся вихрю, внутри которого замер Корень, судорожно прижимающий к себе бесполезный автомат.
– Ты же знаешь, что меня невозможно убить ни миной, ни пулей, – устало произнес человек в черном пальто. – На что ты надеялся, когда шел сюда?
Корень молчал.
– Но ты привел ко мне ученика, – продолжал писатель. – И я не думаю, что ты всю жизнь мечтал превратиться в снарка или в какой-нибудь артефакт. Поверь, это очень больно. Поэтому я дарю тебе возможность сделать последний выстрел. Помнишь, как умер Такс? Вижу, помнишь… Ты умрешь так же. Приставь ствол автомата к подбородку и…
Неожиданно писатель вздрогнул, словно ему вдруг стало очень холодно. Удивление на его лице сменилось гримасой боли. Он застонал, медленно опустился на колени, после чего рухнул лицом в траву. Его длинные пальцы еще некоторое время скребли землю, словно щупальца умирающего ктулху, но это продолжалось недолго. Через несколько мгновений человек в черном затих, а вместе с ним умер и второй «веселый призрак», внутри которого стоял Корень. Лишь два идеальных круга примятой травы напоминали о том, что чья-то злая воля может порождать столь противоестественные аномалии.
Корень выдохнул и утер рукавом кровь с бороды. После чего, шагнув вперед, выдернул из спины трупа широкий боевой нож.
– Неплохой удар, Редактор, – сказал он, вытирая кровь с клинка длинной полой черного пальто. – Забирай свое оружие, теперь это твой талисман на всю жизнь.
