— Не стоит благодарностей, — усмехнулся я, поправляя манжеты рубашки. — Для меня это был неплохой опыт. Доложи, что мое ходатайство будет завтра, и оставь у Соколова фамилию судьи, которому отдадут это дело.
Виктор кивнул, но в его глазах я заметил что-то похожее на благодарность. Конечно, он был суровым, молчаливым убийцей готовым выполнить любой приказ Бюро, но даже такие люди могут испытывать эмоции. Просто выражают их по-другому.
Я повернулся к чиновнику, который безучастно смотрел в окно все время нашей поездки.
— Я не такой как остальные аристократы. И не хочу убивать людей просто так. Путь, выложенный трупами, всегда неверен. Так что я сдержу свое слово. Но знайте, что те, кто встает у меня на пути, всегда получает наказание. И оно справедливо.
Хлопнув по плечу Виктора, я вылез из экипажа, бросая через плечо:
— Увидимся позже.
— Только не опаздывай в Бюро. У нас ещё будет работа.
Я лишь махнул рукой, направляясь к Модному Дому Голицына. Время поджимало, и я надеялся успеть хотя бы к концу мероприятия. Только вот, когда я добрался до места, меня ждал неприятный сюрприз.
Люди уже расходились. Вот ведь!
На выходе я увидел Анастасию и Голицына. Они стояли у дверей, провожая гостей. Настя выглядела счастливой, её лицо светилось от восторга, а глаза блестели яркими эмоциями. Она явно была довольна тем, как всё прошло. Голицын, как всегда, был в своём репертуаре — улыбающийся, полон энергии и готовый раздавать комплименты направо и налево. Для него все это было словно дыхание.
Люди, одетые по последнему слову столичной моды, медленно выходили из здания, переговариваясь между собой. Я слышал их голоса, то и дело улавливая обрывки фраз. Не мог не отметить, что обсуждения касались именно того, что я, по сути, и предложил.
— Это что-то совершенно новое! — воскликнула одна девушка, чьи глаза горели от восторга.
— Я никогда не видела ничего подобного, — подхватила её подруга с короткими каштановыми волосами, её голос буквально звенел от восхищения. — Простота, лаконичность… Это не просто мода, это стиль, который будет жить годами!
Я усмехнулся. Конечно, будет. Это же классика. Правда, не в этом мире.
Мужчины, проходившие мимо, выглядели более сдержанно. Они не размахивали руками, не выкрикивали комплиментов, как барышни, но их лица тоже отражали одобрение.
— Довольно неплохо, — услышал я от одного из молодых аристократов, который поправлял лацканы своего фрака. — Простота и удобство. Никаких лишних деталей. Это именно то, чего мне не хватало в последнее время. Даже удивительно, что раньше никто подобного не предлагал, казалось же, все лежит на поверхности.
— Да, — согласился его приятель, задумчиво оглядывая толпу. — И никаких этих вычурных жабо, которые только мешают. Не ожидал, что мне понравится что-то настолько простое.
Я не мог не улыбнуться, слушая их. В конце концов, если даже столичные снобы оценили мои «новаторские» идеи, значит, дело пошло в гору.
Однако среди всей этой похвалы женские голоса всё же были громче и эмоциональнее. Одна из девушек буквально визжала от восторга, обсуждая деловой костюм:
— Ты видела этот деловой наряд? Он строгий, но такой элегантный! — её глаза блестели, когда она увлечённо делилась своими впечатлениями с подругой. — Я просто обязана его заказать! Это не просто одежда, это символ статуса! Я тебе точно говорю — в ближайшее время подобное будет у всех.
— А вечернее платье! — вторила ей другая девушка, чьи щеки залила яркая краска. — Это… Это произведение искусства! Я даже не представляю, как такое можно было придумать. Такая элегантность и женственность! Я чувствовала себя королевой, просто глядя на него! А если я надену? Ох! Скорей бы они поступили в продажу.
Каждая фраза, каждый комплимент наполняли меня странным чувством. С одной стороны, я знал, что это успех, а с другой — не мог отделаться от мысли, что всё это я уже видел когда-то. В моём мире. В моей прошлой жизни. Всё это было не ново, но здесь… Здесь это было революцией.
Наконец я протиснулся через поток толпы и оказался у главного крыльца.
— Прости, — начал я, подходя к сестре. — Я всё пропустил. Дела в Судебном Бюро задержали меня, и я не успел вернуться вовремя.
Настя слегка нахмурилась, но тут же улыбнулась, хотя в её глазах мелькнула тень разочарования.
— Всё в порядке, братец, — сказала она, её голос был мягким, но я чувствовал, что она расстроена. — Я понимаю. Ты ведь не специально.
Прежде чем я успел что-то добавить, наше внимание привлёк Голицын, который буквально сиял от радости. Он подскочил ко мне, схватил за руку и начал говорить так быстро, что я едва успевал следить за его словами.
— Максим, дорогой мой! Это был фурор! — воскликнул он, его глаза горели так, словно он только что открыл для себя секрет бессмертия. — Ты не представляешь, сколько уже поступило заказов! Я знал, что это сработает! Ты не верил, а я знал! Знал! Это был успех, как я и предсказывал!
Я не успел вставить и слова, как Голицын продолжил, не сбавляя темпа:
