Права рабов из иноземцев терпят, однако же, в сравнении с правами израильтян и значительные ограничения. Так, свидетельство раба перед судом было недействительно*(435). Такое ограничение, конечно, было отчасти следствием вообще неблагоприятного, господствовавшего в древности мнения о нравственных качествах рабов, а частью вызывалось и подневольным, зависимым положением раба, благодаря которому раб, особенно в случае свидетельства против господина, поставлялся в трудное положение - между требованиями совести и угрозами господина, в каковом положении трудно устоять на точке истины и нравственно закаленному, безукоризненно честному человеку. Талмудические постановления ограничивают права рабов и в некоторых других отношениях. Так, раб как полная собственность господина не имел права иметь никакого собственного владения: "все, что раб приобретает, приобретает он для господина своего"*(436). Господину, по толкованию талмудистов, принадлежало не только все то, что раб приобретал работой, или находкой, или в качества подарка, но он имел право и на вознаграждение, сделанное рабу за нанесенные ему оскорбления или повреждения. Но, как замечает Зальшюц, талмудические постановления в этом отношении находились под влиянием римского права, на что ясно указывает почти буквальное сходство приведенного выше талмудического определения о праве господина на сделанное рабом приобретение с подобным же определением римского права, по которому: quodcunque per servum acquiritur id domino acquiritur*(437). По талмудическому праву, раб не считался также правоспособным для брачных отношений. Если господин позволял рабу сожительство с рабыней, то это сожительство ни в юридическом, ни в религиозном отношении не имело характера действительного брака. Господин мог ту же рабыню во всякое время передать другому рабу для сожительства. Дети от такого сожительства принадлежали господину. Господину же принадлежали и дети, происшедшие от незаконной связи свободного с рабой; напротив, дети от связи раба со свободной считались хотя и незаконными, но свободными, так что в том и другом случае дети от незаконной связи причислялись к состоянию матери. На этих постановлениях Талмуда также сильно отразилось влияние римского права, по которому qui nascitur sine legitimo matrmonio, matrem sequitur*(438).
В отношении к рабыням из чужеземцев закон не представляет особенных постановлений. Они, как видно было из приводившихся выше узаконений, пользовались тем же преимуществами и терпели те же ограничения в своих правах, как и рабы. Особенности представляются только в таких отношениях, которые свойственны исключительно женскому полу, как, например, в случае соблазна и недозволенной связи мужчины с несвободною женщиною. Закон в этом случае налагает на преступников наказание, но не смертью, как это положено на случай подобного преступления со свободной, а жертвою повинности*(439). Ввиду такого сходства в положении рабов и рабынь нет надобности останавливаться на подробном изложении прав последних - оно было бы повторением уже изложенного; вместо этого представим общую характеристику рабского состояния чужеземцев у евреев.
