Рейнс прикусывает нижнюю губу, на лице красочно вырисовывается восторг. Он сейчас похож на мальчишку, что узнал особо значимый для него секрет. Резким выпадом он хватает двумя руками меня за голову, притягивает к себе и громко чмокает в макушку.
– Ливи, ты гений! Ты настоящий гений, моя птичка!
«Моя птичка», ― повторяю про себя. Я смеюсь и поддаюсь его радостным объятиям. Кто бы мол подумать, что это так приятно, непринуждённые касания друг друга. Вдруг он резко отстраняется, прочищает горло.
– Прости.
Он прячет глаза, переводит взгляд на мелькающий за стеклом лифта город, и я делаю вид, что секундная слабость, когда я была готова поддаться любым его нежностям, для меня ничего не значила. Отстранившись друг от друга на полтора метра, мы возвращается к группе.
Наконец наши тренировки переходят к мастерству обращения с оружием. Все наши сагарисы и стрелы на фоне аккуратного механизма с огромной мощью, кажутся ребячеством с ноткой кровожадности. Никаких следов – один выстрел и вместо противника перед тобой кучка пепла. Достигнув цели, пуля разрывается, испепеляя жертву.
На учениях нам конечно не дают активное оружие, только лишь пародию: вместо активатора сгорания липучка, что подает легкий электрический заряд, похожий на удар током. Бумажные мишени прожигает насквозь, а вот если друг друга ненароком подстрелить, останется лишь легкий ожег. Я достаточно меткая, с оружием подружилась в два счёта, чего не скажешь о Нике и Роунер.
Учения проходят в спаренной группе. Зал достаточно большой, никто никому не мешает, у каждого предостаточно места для индивидуальных тренировок. Иногда мы тренируемся в парах.
Мне досталась индивидуальная кабина. Широкие наушники помогают приглушить гул выстрелов и сконцентрироваться на мишени впереди. Вытягиваю руки. Закрываю глаза. В памяти проскальзывают моменты вчерашней ночи, от чего ладошки в мгновение потеют, а внутренний жар ползет к животу. Пытаясь избавиться от странного чувства, трясу головой и быстро моргаю. Беру прицел. Выдыхаю.
Холодные пальцы едва слышно касаются моего живота. От неожиданности я вздрагиваю и машинально наношу удар локтем.
– Легче!
Из-за глухих наушников я совсем не слышала, как подошел Рейнс. Отличная реакция! Он успел увернуться от удара.
– Ты неправильно стоишь. Угол попадания сместится на двадцать градусов влево. Если твоя цель будет в движении, у противника будут все шансы увернуться.
Я поджимаю губы. Не знаю, как на него смотреть после того, что между нами было, но в любом случае нужно не показывать, что творится у меня в душе, когда он стоит так близко. Рейнс ведет себя абсолютно естественно, от чего где-то глубоко внутри щемит. Его глаза строгие и холодные. Неужели ему все это безразлично? Я… Я ему совсем безразлична?
Вопросительно приподняв брови, он таращит на меня глаза. Что я не так сделала? Ах, да… Речь идет о моей стрельбе. Без слов поворачиваюсь обратно лицом к цели, подчиняясь инструкциям тренера. Он плотно придвигается ко мне. Его рука настолько крепкая, что покрывает практически весь мой живот. Кончики холодных пальцев касаются оголенной линии тела между брюками и футболкой. Это чувство близости с ним затуманивает разум, я слышу слова, но не понимаю их значения.
Закрываю глаза и представляю, как он медленно ведет по животу вверх, пока его холодные пальцы не коснутся моего подбородка, как тогда… Единственное, о чем я могу сейчас думать – это его поцелуй, от которого молнией прошибает все тело. Резким движением он давит всеми пальцами мне на пресс, и я невольно испускаю скрипящий вздох.
– Ты меня слышишь? ― наконец различаю человеческую речь. ― Согни ноги немного в коленях, и поверни торс левее. Руки должны быть расслаблены в локтях.
Устанавливая меня как нужно, он касается под коленями, в области живота, медленно протягивает пальцы по рукам, пошатывая локти. Я громко сглатываю и больно закусываю губу, это помогает не отвлекаться от замечаний.
– Стреляй! ― приказывает Рейнс.
Чувствую его горячее дыхание кончиком уха. Это невыносимо…
Выстрел. В яблочко!
– Уже лучше.
Как только его рука соскальзывает с моего живота, самообладание приходит в норму. Нужно было промазать, тогда ему пришлось бы провести инструктаж еще раз. Хотя… О чем это я?! Уж лучше мне держатся от него подальше.
Август собирает обе группы в центре зала. Недовольна собственными результатами Роунер бурчит какие-то ругательства себе под нос. Медея активно что-то обсуждает с Мариной всё время вертя в руках оружие. Остальные шутят друг с другом и даже дурачатся.
– Курсанты внимание! ― обращается ко всем Август.
Перед ним стоит длинный стол, на столе в ряд разложено оружие разных размеров и действия. Рейнс занимает почетное место возле старшего командира. Сцепив руки за спиной, он задирает немного нос – его любимая поза, так он выглядит надменным.
– Перед вами несколько вариантов из арсенала оружия доступного отряду специального назначения. Каждое имеет свое предназначение и используется в определенных условиях.
