— С Вами все в порядке, миледи? — поинтересовался Ирас, вставая перед гномкой на одно колено, чтобы видеть ее лицо, но та в ответ лишь покачала головой.
— Что же я наделала? — вдруг прошептала она и расплакалась, закрыв лицо ладонями.
В проеме показалось грустное лицо Алис, которая неуверенно мялась у двери.
— Сделай что-то полезное, Алис: принеси нам горячего вина, — попросил Ирас, и Алис, понимая, что больше ничем не может помочь в этой странной ситуации, немедленно отправилась на кухню.
Затем человек ласково обратился к графине с заверениями, что не позволит дать ее в обиду, что все обойдется.
— Я сама во всем виновата… — тихим голосом заявила гномка. — Ну зачем я его разозлила? Это было так глупо — спорить с этим ужасным гномом, ведь я знала, какой он вспыльчивый.
— Это все из-за меня? — серьезно спросил ее Ирас. — Из-за того, что Вы приютили меня тогда?
— Ах, Ирас, при чем тут ты… — раздраженно отозвалась графиня. — Брунс с самого начала был несносным типом. Он всегда был груб со мной, особенно когда мы оставались наедине. Я даже и не предполагала, что отношения с мужчиной могут вызывать столько отвращения. Никогда я особо его не любила, но теперь…
— Зачем же Вы вышли за него? Ради титула, денег?
Юнуши продолжала мотать головой из стороны в сторону.
— Не то и не другое, — сказала она. — Я так хотела вырваться из душных рамок, в которые меня поместил мой отец… думала, что, выйдя замуж, я смогу начать обучаться тому, о чем я всю жизнь мечтала, и все поначалу говорило об этом. Брунс… — графиня ухмыльнулась, — в первое время он был очень любезен со мной: дарил мне наряды, подарки, после нашей пышной свадьбы даже послал меня отдыхать далеко на восток, в удивительную Долину Горячих Источников. Он обещал, что я буду учиться сражаться, буду ездить с ним повсюду и помогать охотиться на динозавров, и гигантских пауков, и диких орков. Но на деле он все делал лишь с позволения моего отца, а отец… он никак не хотел, чтобы я занималась тем, что я единственное мечтала делать всю свою жизнь… — Юнуши запнулась, но Ирас, кивнув в сторону стола, заваленного картами и таблицами, сказал:
— Ты хочешь исследовать трупы?
— Исследовать, обдирать, вычищать… Мы, гномы, называем этот процесс «извлечением» или «вскрытием», — задумчиво пробормотала гномка.
Меж тем в дверях опять появилась уставшая от долгой ночной беготни Алис. Ирас взял из ее рук медный графин с подогретым вином и две чаши и отправил поспать. После того как дверь за девушкой закрылась, Ирас вернулся к гномке, вытирающей слезы длинным рукавом безразмерной домашней туники — вероятно, единственным нарядом, что графиня умудрилась в суматохе на себя натянуть, не возясь с бесконечными крючками и завязками. Выпив согревающий напиток, любезно предложенный ей Ирасом, она поставила пятки на край кушетки и, обняв руками колени, с благодарностью уставилась на своего ночного гостя.
— Как бы мне не пришлось вернуться к тому, от чего я так бежала… — выдавив вымученную улыбку, проговорила гномка.
— Вы о чем?
— О том, что если Брунс теперь откажется от меня — а у него есть все на то основания, — я до конца своей жизни буду сидеть с отцом при храме, занимаясь нескончаемыми переводами и счетами. Ну почему нельзя просто жить как хочется и заниматься любимым делом? — Юнуши полными безысходности глазами посмотрела на Ираса.
Тот понимающе вздохнул:
— Потому что жизнь — совершенно нелогичная штука, и законы ее простому смертному уму непостижимы.
Так они молча сидели, потягивая вино, с четверть часа, пока Ирас вдруг не осмелился поинтересоваться у гномки про чудную шкатулку, что показывает картинки.
— Ты ее видел? — оживляясь, спросила гномка.
Ирас кивнул:
— И готов поклясться, что я видел там Вас.
— Дай-ка мне.
Ирас подал Юнуши небольшой коробок с линзой и длинной гладкой ручкой. Графиня сползла на пол, улеглась на цветастый плотный ковер, положив шкатулку на живот, и жестом пригласила Ираса устраиваться рядом. Покрутившись в тесной комнатушке, человек нашел-таки место, чтобы лечь на пол рядом с гномкой, при этом ноги его оказались под столом. Как только оба удобно устроились, Юнуши медленно начала проворачивать ручку. Тут же на потолке появилась светящаяся картинка с маленькими домишками.
— Это наша деревня, — пояснила Юнуши, — ты когда-нибудь бывал там?
Ирас отозвался мычанием: он не только никогда не пересекал Морозные Горы, но даже в Шуттгарте был впервые.
В это время на передний план вышел угловой домик с полукруглой черепичной крышей. В дверях показалась гномка в рыжем полушубке и помахала рукой.
— Это бакалейная лавка, — сказала Юнуши, — а гномку зовут Мион: она раньше разносила посылки, а теперь вот делает и продает полезные зелья и даже несложные свитки телепортации.
Юнуши продолжила вращать ручку, и картинка начала смещаться влево, пока не уперлась в круглое здание.
