Женя делает еще один глоток из своей чашки, наблюдая за Максом, который взахлеб рассказывает про своего тренера, про новых знакомых и про пока далекие, но вполне реальные перспективы. Евгений помнит про личное пространство, превратившееся со временем в проклятье, на которое он согласился добровольно. Только в последнее время оно достигло масштабов материка Евразия и та часть, в которую вписывается сам Женя, ограничивается кроватью, где их ласки становятся все агрессивнее и жестче, когда хочется с остервенением сжимать и кусать, доминировать и сопротивляться. Их затянувшаяся игра в любовь, где пока ни один из них не «сдался» другому и в которой спрогнозированное Костей состояние «на чеку» превратилось в постоянное ощущение.
После того, как Макс начал профессионально заниматься ездой на треке и пропадать там больше, чем раньше, прошло три недели и внутри Жени начали происходить необратимые процессы. Он медленно сходит с ума каждый раз, когда получает новое входящие сообщение с приблизительно одинаковым текстом, сутью которого является, что Макс будет поздно. И у Жени не остается сомнений насчет того, с кем тот проводит это время. Это пока не перешло в систему, но все отчетливее начинает подтачивать внутри. Евгений старается не думать о том, что Костя был прав. Снова. О том, что он для Макса был и остается просто человеком, который оказался рядом в самый трудный период его жизни и вытащил из глубокого дерьма, за что в благодарность получил внимание и тело Максима на короткое время. Но не любовь. И ему нужно смириться с этим фактом. Только для самого Жени уже слишком поздно — он действительно любит его. Евгений старается сдерживать свое раздражение и ощущение бессилия, потому что ни то, ни другое не поможет ему удержать Макса рядом. Если еще осталось хоть что-то, что способно это сделать…
Женя чуть сужает глаза, прослушав очередную часть восторженного повествования о прогрессивном торможении, свешивании и пересадке в повороте с самым заинтересованным выражением лица, на которое только способен. Или все-таки еще осталось?
— …это, конечно, не Ден. Выматывает так, что еле до душа дойти. Сказал, что у меня много ошибок, мешающих улучшению времени круга… — Макс поднимается и моет чашку, пока Женя внимательно следит за ним. — В общем, пахать и пахать еще.
— Уверен, у тебя все получится. — Серьезно произносит Женя и здесь он не кривит душой. — У тебя всегда все получается, если ты этого хочешь.
Встает следом и, составив чашку в мойку, в которую льется вода, кладет ладони на бедра Макса, с силой дергая его на себя и прижимаясь пахом к его ягодицам, запускает ладони под майку, пробегая кончиками пальцев по ребрам и поднимая ее вверх.
— Ты ведь хочешь? — Двузначно интересуется он, утыкаясь в его шею, и слышит, как Макс хмыкает.
Максим поднимает мокрые руки, давая стащить с себя белый хлопок. Женя отшвыривает майку в сторону и прикусывает основание шеи, проводит языком вниз по позвоночнику. Расстегивает пряжку ремня Макса, пуговица, молния… Дергает джинсы вниз, целуя между лопатками и чувствуя мокрую прохладную ладонь Макса сзади на своей шее. Тот запрокидывает голову и выдыхает. Женя улавливает, как Макс сглатывает и резко разворачивает его так, что Максу приходится машинально упереться руками в столешницу позади себя. Вовлекает в отравный напористый поцелуй, наслаждаясь этим сладковато-кислым привкусом, оставшимся после чая, пропитавшим его дыхание, губы и язык. Макс пытается отстраниться, чтобы вдохнуть, но Женя не дает. Джинсы соскальзывают на пол, когда Максиму все-таки удается оторваться. Поверхностное и частое дыхание с шипящим шумом вырывается сквозь чуть припухшие губы, пока Женя целует его за ухом. Быстро спускается ниже, сжимая кожу на бедрах. Обводит языком пупок и прикусывает губами твердеющую с каждой секундой плоть Макса сквозь ткань боксеров.
Грудь Максима часто вздымается и опускается в такт сбившимся из-за внезапного желания вдохам и выдохам. Он запускает пальцы в волосы Жени. Перебирает, пропуская их меж пальцами и прижимая его голову ближе к своему паху. Евгений берется за джинсы и помогает Максу выпутаться из них, не прекращая ласкать губами и теплым дыханием, которое отчетливо ощущается даже через ткань. Поглаживающе проводит ладонями по ногам, то впиваясь пальцами, то едва касаясь подушечками. Чувствует, как Макс поддевает его майку, и она скользит вверх по коже, пока не оказывается где-то вне пределов их безумия. Женя поднимается, давая избавить себя и от джинсов тоже. Трется, сжимая кожу Максима и вновь заменяя необходимость дышать своими губами и языком. Тянет его за собой в спальню и, толкнув на кровать, нависает сверху. Сегодня он будет главным и это не обсуждается. Здесь его территория. Единственная оставшаяся, где Женя полностью уверен, что Макс думает о нем, а не о своих мотоциклах.
