Незаметный вдох. Итак. Пристегнуться. Поправить зеркала заднего вида. Не потому что нужно, а потому что этот упырь помешан на подобных мелочах. Вставить ключ в замок зажигания. Так, что дальше? Включить первую скорость. Снять с ручника. Включить левый поворот. Убедившись, что сцепление и тормоз на месте (во всяком случае, сами педали точно), Женя проворачивает ключ в зажигании до конца и автомобиль заводится. А ведь они еще даже не выехали из двора ГИБДД, а у него уже такое впечатление, что мозг использовал весь свой запас мыслительной способности, а физическое напряжение уже достигло своего предела.
Евгению все-таки удается плавно тронуться с места и даже не заглохнуть на первых десяти метрах, пока они выезжают на дорогу. И чем он особенно гордится, так это тем, что не забыл выключить поворот. Самое кошмарное для него — это думать обо всем одновременно. С какой скоростью ехать, как для этого нужно нажимать на педаль, что нужно нажимать для переключения передачи. Еще при этом следить за дорогой, успевая замечать все знаки, светофоры и разделительные полосы. Охватить это все сразу кажется просто нереальным. Пожалуй, все анекдоты про блондинок за рулем можно смело принимать на свой счет. И это уличение в слабости просто бесит Женю.
Инспектор Ковалев всю дорогу торжествующе улыбается, и несет какую-то хрень типа: «я не знал, что на рычаге переключения скоростей есть скорость беременной черепахи», «здесь останови, я сигарет куплю», «поверни направо, за этой телкой», «у тебя война с педалями или длительный секс?», «разворот», отвлекая от потуг сосредоточиться на всем одновременно. И его просьбы остановиться, свернуть в неположенном месте или сделать какой-нибудь маневр только еще больше напрягают. Так и хочется ответить одним емким: «А не пошел бы ты…». Проезжая мимо какого-то ДТП, Евгений замечает, как лепреконская улыбка его «пассажира» становится еще шире. Причем так, будто ему уже заранее известен исход этого экзамена.
— Вот, Костромицкий. Вот она, твоя смерть! Вот так ты и убьешься! Запомни эту картину!
Женя уже придумал как минимум десять вариантов отмщения за издевательство над собой. Его фантазии красочно обрисовали не только опрокидывающийся стаканчик с кофе, но и встречу лба инспектора с бардачком, и его тело, выпадающее из распахнутой дверцы на полном ходу и еще много чего приятного. Как ни странно эти мысли позволяют концентрироваться куда лучше.
Когда они даже без эксцессов возвращаются на площадку и Женя тормозит, Ковалев все-таки успевает схватить простоявший все это время на бардачке стаканчик кофе за мгновение до того, как он чуть не исполнил все тайные мечты Евгения.
— Ну? — Заглушив двигатель и отстегиваясь интересуется Женя, впрочем не питая никаких особых надежд.
— Все зависит от твоих предложений. — Выдает Ковалев фразу, об истинном смысле которой сомневаться не приходится. Вот же харя продажная!
— Сколько?
Ему нужны права и только. Своего автомобиля у него нет и приобретать его он не собирается в ближайшее время уж точно. Так что навыки вождения его не сильно беспокоят. Если бы он знал, что с этим лепреконом можно обойтись малой кровью, даже не задумываясь, заплатил бы за права сразу.
— Триста.
Короткий деловой подход. Спустя несколько часов в его бумажнике красуются новенькие права и Женя с удовлетворенным выдохом взглянув на них еще раз, прячет обратно в бумажник. С этим вопросом, наконец, разобрались. Такси тормозит у элитной многоэтажки и расплатившись с водителем, Женя выходит из машины. Уже достаточно стемнело и осенний воздух все еще иногда обманчиво-теплый днем, ночью ощутимо остывает. Евгений входит в подъезд, приветственно кивнув консьержу. Поднимается на лифте на восьмой этаж.
Входную дверь открывает Дина, помощница мамы по дому, то есть домработница. Поскольку кроме колдунов, гномов и эльфов мама еще помнит, что у нее есть муж и он иногда хочет есть и носить чистую одежду, Дина незаменимый человек в доме. Женя здоровается с невысокой плотненькой женщиной, которая приветливо ему улыбается, забирая кожаный пиджак из рук и вешая на вешалку в шкаф просторной прихожей.
Мама оказывается на кухне. Как всегда мыслями где-то абсолютно не здесь и как всегда с сигаретой, зажатой меж длинных тонких пальцев с аккуратным маникюром.
— Мама, ты слишком много куришь. — Улыбаясь, замечает Женя, подходя ближе и отвлекая ее от созерцания темноты за кухонным окном.
— Ты говоришь совсем, как твой отец… — Хмыкает она, оборачиваясь.
— …и выгляжу также. — Договаривает Женя конец ее любимой фразы, целуя мать в висок.
Высокая, стройная, с русыми волосами, собранными в замысловатую чуть небрежную композицию на затылке и серо-голубыми глазами, она до сих пор хорошо выглядит.
— Я не рассказывала, как ты появился на свет? — Улыбается она.
— В один солнечный августовский день меня принес аист?
— Нет, — отрицательно качает головой и шепотом добавляет, — тебя клонировали.
Женя смеется.
— Тебе уже пора начинать писать фантастику.
Анастасия гасит окурок в пепельнице и вновь поворачивается к сыну.
