Иногда их споры на различные темы перерастали в настоящий бунт и заканчивались дракой, в которой не было победителей. Пару раз лорд Ивьенто вызывал девушку к себе в кабинет и пытался поучать ее, но получая достаточно серьезное оправдание: «Он меня щекотал, поэтому я укусила его за нос», с трудом сдерживал смех.
Под конец жизни он наконец смог успокоиться и не переживать за младшего сына, ничего страшнее укусов и царапин ему не грозило. Лорд прекрасно знал, Наяда заботится о Мардаре, во время приступов она всегда рядом и ей удается угомонить взбесившегося господина, она не устает дежурить у его кровати, когда недуг обессиливает мужчину.
— Я не ошибся в тебе, милая, — как-то сказал лорд, протягивая девушке подарок. Из служанки или няньки она быстро превратилась в члена семьи, которого приглашают за семейный стол. — По моим подсчетам, у тебя сегодня день рождения.
Подарком оказалось золотое кольцо с темно-синим сапфиром. Каким образом лорд Ивьенто высчитал дату ее рождения, Наяда не знала, впрочем, это не было важно. Она не знала, когда родилась, поэтому могла принять любую дату и считать ее своей.
Когда Мардар попросил показать кольцо, девушка зажала его в ладошке и зашипела. Так начинались все их потасовки. Чаще всего они ладили, а дрались лишь от скуки, чтобы скоротать время. Сидя ночью у постели господина, Наяда призналась ему, что чувствует себя на своем месте, а Мардар стал ей лучшим другом, заменив брата.
— Я всегда буду рядом, — сонно ответил господин, улыбаясь.
С наследником девушка вела себя настороженно, разговаривали они редко и только по крайней надобности, он отказывался принимать ее так же тепло, как остальная семья.
Как-то раз лорд Ивьенто решился высказать предположение, что Мардар и Наяда могли бы пожениться, не смотря на положение девушки и если оба не против, то лорд непременно даст согласие и уладит необходимые дела с законом. Молодые люди переглянулись между собой и скривились, в один голос заявив твердое «нет».
Потом они еще долго обсуждали это, уединившись в покоях Мардара. Он твердо заявил, что не женится на жадине, оставившей шрам на его руке. Наяда в ответ показала синяк на боку.
— По крайней мере, я не щиплюсь как девчонка.
Господин Мардар крепко обнял девушку, прижимая ее голову к своей груди.
— Да уж, кусаешься ты как яростная медведица, — усмехнулся он.
К концу второго весеннего месяца из настороженной озлобленной горожанки, Наяда превратилась в улыбчивую красавицу с горящими глазами. От хорошей пищи ее кожа стала чище и более гладкой, волосы обзавелись золотистым блеском, лоснясь по плечам девушки аккуратными волнами. Впалость в области живота и костлявые ключицы исчезли, а на щеках появился здоровый румянец.
В город она не наведывалась. Нужды не возникало, к тому же оставлять господина одного она не хотела. Пока они были вместе, голоса Мардара не беспокоили, поэтому Наяда часто оставалась на ночь в его спальне, даже обзавелась собственным одеялом, потому что одно большое на двоих они поделить так и не смогли. По ночами Наяда держала господина за руку, дотянувшись до него через всю кровать, так обоим становилось спокойнее.
К тому же она не представляла, что делать, если увидит Хеуда. Намного спокойнее существовать на этом островке спокойствия, по крайней мере, пока.
Единственное, что тянуло девушку в город, — хижина. Она часто подумывала забрать свои трофеи из тайника, но кто знал, чем это могло обернуться, найди их кто-то кроме Мардара в поместье.
Помимо хижины, оставалось лишь одно, что тяготило душу Наяды. Она так и не смогла попасть на похороны Эванлин и ни разу не была на ее могиле, да и не знала, где именно похоронена ее единственная подруга.
Наяда спрыгнула с выступа в стене поместья, приземлившись на четвереньки и ухмыльнулась, наблюдая за быстрыми точными движениями Мардара. Ей нравилось, когда мужчина брался за оружие и приступал к тренировкам, в такие моменты он выглядел особенно хорошо.
Иногда Наяда намеренно отказывалась от совместных тренировок, чтобы понаблюдать за господином. Она быстро приспособилась к его манере вести бой, как и он к ее. Лорд Ивьенто называл пару волком и змеей, когда их клинки встречались в тренировочной битве. Мардар любил бить с силой, удар за ударом, оттесняя девушку в угол, она предпочитала проскальзывать под его ударом и обходить со спины. Иногда их бои не заканчивались слишком долго, оба выматывались, но сдаваться не желали, поэтому стояли друг напротив друга, облокачиваясь на мечи, и сверлили противника взглядом. Порой Наяда успевала отдышаться быстрее и пользуясь заминкой, нападала, чтобы выбить меч из рук господина и повалить его наземь. Этот трюк удавался нечасто и только в том случае, когда Мардар сам едва ли держался на ногах.
Все же он намного лучше успел освоить бой и предугадывал почти все попытки девушки его обмануть. Однако Мардара удивляло, как при менее развитых мышцах и плохой подготовке, девушке удается практически не вспотеть и не устать за бой.
