– Надо было мне его в приемной повесить и всех сотрудников мордой тыкать, – скривился Владислав. – Разболтал все Рогов, а потом спохватился, как бы денег на этом срубить. К кому пойти? Нутром чуял, что информация ценная, но сам не сообразил, Ноткин подсказал. Он когда-то для Барановского узнавал, кого Нелидов вписал в завещание. Информация закрытая, нотариусы знают, что им будет за разглашение, но у них бывают молоденькие помощницы.
– А Алексей на женщин падок, – догадалась я.
– И они на него тоже. Документ Ноткину не показали, но имена наследников шепнули. За деньги, разумеется. Барановскому информация не пригодилась, а референт запомнил.
Андрей тоже не забыл. Рассказывал мне в бункере. Кажется, убеждал, что я единственная наследница, но я уже не помнила обстоятельств.
– Он позвонил Старцеву?
– Да. Он был третьим в списке и единственным, кто согласился выслушать. Деталей Рогов не знал. Только имя и расплывчатое «живет в деревне». Можешь представить, сколько таких Наташ Семеновых по всей стране. Старцев заплатил. Мало, потому что информация неполная. Ноткин поделился с Роговым и на время они про это забыли.
– А потом бывший наследник решил уточнить данные, – продолжила я. – Кому еще их знать, как не тебе?
– Правильно, – ответил Владислав и потер пальцем висок. – Дальше ты знаешь.
– Это все Рогов рассказал? Что с ним будет? Алексей уже мертв.
Я боялась, что и завхоз тоже. Времени у безопасника нет, отец в решениях и действиях его не ограничивал. Укол Рогову поставили? Я не хотела смотреть на Владислава. Если со Старцевым могла примириться, то эта жертва точно лишняя. Завхоза уволить можно, оштрафовать, посадить, сослать куда-нибудь в Магадан, но оставить в живых.
– Ты почему молчишь?
– Думаю, – вздохнул безопасник. – Рогов дурак. Он легких денег захотел и представить не мог, что дочь Нелидова убивать будут. Доказывал нам, что вреда не причинил. Ну, предупредил Старцева, что его положение, как наследника, пошатнулось. Рассчитывал, что он шаги какие-то предпримет, чтобы долю сохранить. Выкупит её заранее или наоборот откажется от бизнеса, раз он его в наследство не получит. Святая наивность, да. Ну не кишки же за это выпускать и на пачку полученных денег наматывать. В Саратов к тетке Рогов едет. Пригрозили, что все его телефонные разговоры слушаем и если дернется из города даже на рыбалку, обратно не вернется. Посмотрим, как подействует. Бойца я с ним отправил, чтобы проконтролировал.
Меня нервный смех пробил. Я давилась и терла глаза. Господи, какая радость. Будто мне амнистию объявили.
– Ух, здорово, – выдохнула я. – Вот бы со Старцевым так же просто получилось.
– С ним нет, – мрачно ответил Владислав. – Там по-другому придется.
Как под дых ударил. Я захлопнула рот и сгорбилась на сидении. Долго шуршала салфетками, собирая их в ком вместе с крошками и, наконец, спросила:
– Как именно? Расскажешь или нельзя?
– Можно. Ты большую часть и так знаешь. Инсценировка нужна чтобы выиграть время, успокоить заказчика, обеспечить безопасность предполагаемой жертвы и, что самое главное, зафиксировать результат. Как только Старцев отдаст мне деньги, в папке с компроматом появится доказанный факт организации заказного убийства. С этим уже можно идти в полицию и надеяться, что уголовное дело не развалится до суда. Все остальное в папке тянет на экономические преступления, финансовые махинации, промышленный шпионаж и так далее. Причем вина косвенная. А здесь реальный срок светит самому Старцеву.
– Ты покажешь ему компромат, – начала догадываться я, – пригрозишь пойти в полицию и получится ответный шантаж.
– Да, только это большой риск, – кивнул Владислав, – по условию заказчика я должен прийти на встречу один. Если моих ребят вычислят, то сразу откроют стрельбу и так далее. Угрожать такому человеку, как Старцев, нужно вдумчиво и подготовлено. В папке есть зацепки на эпизоды, когда он кидал партнеров на деньги. Их нужно проработать, их нужно доказать, но зато потом желать бывшему наследнику смерти будем не только мы.
– Коллективная травля? Чтобы был не один суд против него, а несколько?
– Нет, – мотнул головой безопасник. – Понимаешь, я первый оценил желание твоего отца обходиться без жертв и всячески его поддерживал. Даже сейчас Георгий Владимирович дал очень обтекаемый приказ. «Сделать Старцеву петлю» не равно «убить». Это совсем не одно и тоже. Я подготовлю новый компромат и отдам его тем, кто по судам ходить не любят. Если они узнают, что их кинули, то разговор будет коротким. Это и есть петля. Все будет так, как хотел твой отец.
Я сидела ошарашенная и смотрела в подголовник переднего сидения. Убийство состоится, но чужими руками. Дьявол кроется в деталях. Владислав вывернул приказ отца себе на пользу. И я пока не могла понять, как к этому относиться.
