Замѣчательныя судебныя дѣла полностью

Мировой судья Мясницкаго участка для разъясненія дѣла нашелъ нужнымъ имѣть копію съ отношенія губернскаго воинскаго начальника къ оберъ — полицеймейстеру. Изъ этого отношенія видно, что въ главномъ штабѣ было уже одно дѣло, возникшее по просьбѣ купца Петра Романова Бараха о воспрещеніи именоваться этою же фамиліей безсрочно — отпускному рядовому Петру Яковлеву. Видно также изъ этого отношенія, что помощникъ начальника главнаго штаба разрѣшилъ безсрочно — отпускному Петру Яковлеву именоваться Барашемъ. Затѣмъ, купецъ Петръ Романовъ Барашъ снова подавалъ прошеніе и тогда оказалось: Хаскель Мардуховичъ (нынѣ Петръ Яковлевъ) сданъ былъ въ 1836 году въ рекруты въ Волынскомъ рекрутскомъ присутствіи подъ родовою своею фамиліей Бараха, и съ этимъ прозвищемъ записанъ былъ въ пріемномъ рекрутскомъ спискѣ. Барашемъ же онъ названъ въ рекрутскомъ формулярномъ спискѣ единственно по ошибкѣ писца, составлявшаго формуляры на рекрутъ. Такъ какъ на основаніи рекрутскаго устава (ст. 299) рекрутскіе формуляры составляются на основаніи рекрутскихъ пріемныхъ списковъ, то Волынская казенная палата исправила ошибку писца, и Хаскель Мардуховичъ долженъ теперь именоваться Барахомъ, а не Барашемъ.

На основаніи всѣхъ этихъ обстоятельствъ начальникъ главнаго штаба приказалъ отмѣнить распоряженіе своего помощника и называть впредь унтеръ — офицера Петра Яковлева Бараша — Барахомъ. Такъ какъ эта фамилія могла напоминать, по мнѣнію начальника штаба, еврейское происхожденіе Бараха, то начальникъ штаба и предоставилъ ему право ходатайствовать объ измѣненіи фамиліи Бараха на какую — либо другую фамилію, но только не на фамилію Бараша. Губернскій воинскій начальникъ просилъ оберъ — полицеймейстера объявить это распоряженіе начальника главнаго штаба Бараху съ подпиской, чтобъ онъ впредь не назывался Барашемъ. Вмѣстѣ съ этимъ губернскій воинскій начальникъ требовалъ, чтобы къ нему былъ высланъ подлинный билетъ Петра Яковлева Бараша, такъ какъ въ этомъ билетѣ нужно было переправить фамилію «Барашъ» на «Барахъ».

Мясницкій мировой судья къ разбирательству вызвалъ и Бараша и Бараха. Явился только первый. Обвиняемый Барахъ былъ приговоренъ къ денежному взысканію въ размѣрѣ 10 рублей, за неисполненіе требованій полиціи, на основаніи 29 ст. уст. о нак. Приговоръ этотъ былъ постановленъ заочно; Барашъ подалъ отзывъ и просилъ новаго разбирательства. Но и вторымъ заочнымъ приговоромъ 6‑го марта былъ утвержденъ первый приговоръ.

Обвиняемый подалъ отзывъ на этотъ приговоръ судьи, и съѣздъ, разсмотрѣвъ дѣло 16‑го мая въ кассаціонномъ порядкѣ, отмѣнилъ приговоръ Мясницкаго мироваго судьи и передалъ дѣло для новаго разбирательства судьѣ Срѣтенскаго участка.

16‑го іюля дѣло это разбиралъ мировой судья Стрѣлецкаго участка за судью Срѣтенскаго участка. По разсмотрѣніи дѣла мировой судья нашелъ, что «полиція при снятіи вывѣски съ заведенія Бараха руководствовалась надписью оберъ — полицеймейстера, сдѣланною на прошеніи купца Петра Бараша, къ которой онъ (оберъ — полицеймейстеръ) предписываетъ сдѣлать «законное распоряженіе», не предписывая положительно о снятіи вывѣски. Поэтому судья находилъ въ этой резолюціи скорѣе указаніе на обыкновенный порядокъ, а именно на обращеніе, въ случаѣ сопротивленія Бараха, къ судебному вѣдомству, отъ усмотрѣнія котораго зависитъ опредѣлить, законно или нѣтъ чье — либо требованіе; между тѣмъ полиція въ настоящемъ случаѣ сняла вывѣску безъ судебнаго рѣшенія. А потому судья опредѣлилъ: на основаніи 119 ст. уст. уг. суд., унтеръ — офицера Бараха отъ всякой отвѣтственности по настоящему дѣлу освободить.

На этотъ приговоръ изъявила неудовольствіе полиція, а товарищъ прокурора Тихомировъ подалъ протестъ. «Мировой судья допустилъ неправильное толкованіе 29 статьи уст. о нак., пишетъ товарищъ прокурора Тихомировъ, такъ какъ, по моему мнѣнію, всякое требованіе, исходящее отъ законныхъ властей, должно быть исполняемо какъ «законное требованіе», а унтеръ — офицеръ Барахъ, получивъ требованіе полиціи, власти закономъ установленной, относительно снятія вывѣски, — сего требованія не исполнилъ. А засимъ уже не предстоитъ надобности входить въ соображеніе о томъ, было ли означенное требованіе законно и правильно, потому что невозможно судебной власти разсматривать съ этой точки зрѣнія распоряженія власти административной, которыя по жалобѣ лицъ, до коихъ оныя касаются, могутъ подлежать разсмотрѣнію лишь высшаго административнаго начальства».

Вслѣдствіе этого протеста настоящее дѣло слушалось въ съѣздѣ мировыхъ судей 2‑го округа 9‑го ноября.

Бывшій въ засѣданіи повѣренный обвиняемаго ничего новаго не объяснилъ, а товарищъ прокурора Орловъ сказалъ, что онъ раздѣляетъ мнѣніе своего товарища г: Тихомирова.