Работы как всегда много, но мне, по большому счету все равно, сколько смогу сделать, столько и смогу, и абсолютно не понимаю этих сочувствующих взглядов со стороны. А если учесть, что почти всю работу, которую мне приносят, успеваю провернуть до конца своего рабочего дня, то чего тогда жалеть? И Рогожину не понять, чего бесится? Не хватило три недели пар выпустить? Пора бы уж перестать писать кипятком, тем более было бы из-за чего.
На этих выходных снова ездили на дачку, на сей раз обошлись без застолья и очередного наведения порядка, поэтому отдых получился действительно отдыхом — тихо, по-семейному, один раз только со Светкой на озеро сходили окунуться. Все бы хорошо, но мелкая оказалась без компьютера, поэтому постоянно пыталась оккупировать мой ноут, надо бы ей на день варенья подарить смартфон, чтобы на таких выездах ко мне не приставала. А бук мне необходим, наконец-то удалось найти информацию по Соколову. Он в бегах. Еще бы ему не сбежать, люди на горячем (на очень горячем, между прочим) попались именно его, ему за все и отвечать. Перед законом он бы ответил, не проблема, формально претензий ему не предъявишь. Но в том-то и дело, что ответ ему придется держать перед частными лицами, деньги которых зависли на обезличенных счетах, причем надо еще найти на каких, у меня такая схема транзита, черт ногу сломит. Очень не вовремя лишили меня жизни, как раз во время финансовой фазы операции, около ста тридцати миллионов теперь лежат без движения и чтобы их выцарапать потребуется много времени и много затратных усилий. Кто-то должен ответить за все это безобразие, а чист он там перед законом или нет, особой роли уже не играет. Пусть теперь попробует объяснить, что он ну очень крутой, и крыша у него о-го-го, тем ребяткам его крыша до одного места, хлопнут особо изощренным способом, в целях профилактики. Интересно, где сейчас этот тип подозрительной наружности?
Как всегда Рогожина стремительно влетает в кабинет, повинуясь выработанной за долгие годы привычке, окидывает взглядом подконтрольное пространство и останавливается на мне. Привычно уменьшаюсь в размерах и наклоняюсь к клавиатуре.
— Забелина, Лисицкая ко мне в кабинет, — рычит она в мою сторону и тут же, не задерживаясь более, выскакивает обратно.
Смотрю как у девушки за столом напротив, от испуга задрожали руки. Да-а, моральный климат в этом коллективе весьма и весьма далек от нормального, и все благодаря руководителю. А если сейчас эту работницу родимчик разобьет? Ладно, грозная начальница вызвала нерадивых работников на ковер, не стоит заставлять ее ждать иначе вся злость выветрится и вместо наказания последует поощрение.
У-у, как смотрит, будто провинностей у нас лет на двадцать строгого режима. Или сразу расстрел. И паузу держит, но почему-то так хочется крикнуть: — Фальш!
Сразу с меня начнет, или на закуску оставит?
— Я долго за вами наблюдала.
"Ага, не угадала, начальница решила сразу взять большой вес, так сказать, ошеломить соперника. Ну-ну"
— Думала, одумаетесь и начнете нормально работать.
"А мы значит такие несознательные…, нет, хуже — мы саботажники"
— Но видимо вы просто не знаете, что это такое.
"Да, точно, не знаем, объясните нам, что такое работа".
— Несмотря на это, руководство решило дать вам еще один шанс.
"Что? Ну и нафиг он нам нужен?"
— С завтрашнего дня, я лично буду контролировать вашу работу.
И это все!? Разочаровано кривлюсь, что при достаточно развитой фантазии можно принять за раскаяние, еще теплится надежда, что это не конец и последует продолжение, но нет, начальница с торжеством смотрит на "униженных" и "оскорбленных". Дурой полной меня считает, думает не понимаю, зачем все это затеяла? Пока я работаю напрямую с системой документооборота, весь объем работ регистрируется на меня, а если стану под контроль, то регистрация ее. Начальник отдела здесь, играющий тренер, с нее точно так же документики спрашивают, только несколько иного уровня. Поэтому с таким замахом удар получился на копейку. И не доходит до идиотки, что могу подставить ее влет, и она даже не будет знать, в чем именно эта подстава.
