Натан сделал паузу и кашлянул в кулак. Он кивнул куда-то головой.
— Это все происходило здесь! Вот в этой зале, почти на этом месте, а я там в каморке сидел и все видел… Мне тогда было 12 или 13 лет… — произнес корчмарь.
… Ян Лооз был белее свежемолотой муки. У него раскалывалась пополам голова. Пан воеводский писарь залпом выпил то противное пойло, которое пытался им продать Натан. Одну чарку, потом вторую.
— Еще, неси, корчмарь! — скомандовал Ян Лооз.
Натан неохотно поднялся и пошел за стойку. Он достал из отцовского серванта пузатую зеленую бутылку. Всю в столетней пыли. На ней действительно был знак из трех букв. «D. О. М». «Deo Optimo Maximo». «Господу Лучшему Величайшему». На бутылке клеймо головы собаки с факелом в зубах…
— Вот, панове, это и есть настоящий «бенедиктин»! Украли одни мои хорошие дружки у монахов-доминиканцев…. - пояснил корчмарь. — Это не наш подольский, а настоящий, оригинальный!.. У них несколько было таких бутылок, как образец. Но вы, мои хорошие, вряд отличите разницу между моим питьем и этим иностранным пойлом…
Он поставил бутылку с «бенедиктином» на стол. Лекарь Коршак довольно кивнул головой, Натан налил всем в чарки. Всем в том числе и себе. Они, не чокаясь, выпили. Внутри воцарилась гробовая тишина. Каждый думал о своем. На улице завывал ветер, где-то наверху, на башне у Воеводских ворот, прозвонили «Петухи», рядом залаяла голодная собака…
… Сквозь пронизывающий ветер с опавшими листьями, под стеной Флоровского монастыря, словно хитрые крысы, осторожно прокралась ловкая четверка теней. Атаман Чуб, его подельник Гонта, этот «смердящий пес» Бабак и цыган «Золотой Конь». Они встретились заранее. Цыган повел их вперед. Туда, куда вела путеводная карта убитого сапожника Стефания Крука… К тому месту, где был отмечен крестиком тайный вход в подземный лабиринт… Идти туда минут двадцать, а то и двадцать пять. Вскоре, четверо мужчин попали к этому нужному месту…
— Сдается мне, что здесь кто-то был? А, цыган? — обратился атаман Чуб к этому хитрому пройдохе — Гришке «Золотому Коню».
— Кто здесь может быть, Чуб?! Господь с Тобою! — цыган сильно удивился и подергал за мочку уха, где у него была его счастливая серьга, — Здесь же собаки голодные и ночью волки могут ходить… Вот может кусок старого сала, где нашли. Не поделили, дрались, совершенно все здесь изрыли!
— Да. Рассказывай мне… о собаках…. о волках… — проговорил Чуб.
— Это, кажется, панове, именно здесь! Я сейчас спущусь вниз, зажгу огонь, а потом вы по очереди!.. — проговорил цыган.
— Последний закрывает за собой проход, перца и мяты посыпьте! Не жалейте! чтобы сторожевые собаки стражников нас не нашли! Если они станут нас искать! — отдал распоряжение атаман Чуб.
… Последним в подземный лабиринт спустился Гонта. Он поцеловал свой деревянный крестик, мысленно перекрестился иконе Вышгородской Божьей Матери. Губы прошептали спасительную молитву. Он не знал, что с ним будет в подземных лабиринтах. Выйдет ли он оттуда живым, сможет ли он выполнить задание, с которым был сюда на самом деле послан…
… Гонта закрыл за собой тайный лаз гнилым пнем. Четверо мужчин оказались под землей, под сводами старого могильного склепа. Их глаза привыкали к темноте. Они столи в подземном пространстве. Оно захламлено мусором и старыми листьями. В правом углу склепа, если посветить, можно было увидеть еще один лаз. Половина косой сажени высотой. Нужно было только присесть и далее можно продвигаться вперед. Это и было самое начало входа в те самые страшные лабиринты…
… Глаза Гонты уже привыкли к полумраку и мерцанию зажженного факела цыгана. Чуб приказал всем остальным так же зажечь паклю на своих факелах. Пламя качалось. Значит, где-то был сквозняк. Т. е. впереди должны быть и другие лабиринты… Они и вентилировали подземелья…
— Ну? Двинули? Ты сколько раз здесь был, Гришка? — спросил атаман Чуб у цыгана… Так, на всякий случай.
— Хватало. Не переживай. Пошли! За мной!
— Так а что ты здесь делал? Коз и лошадей прятал? Или ворованные иконы хранил? — уточнил дотошный Гонта.
— Не ваше дело, упыри! Вы платите мне, я вам показываю и рассказываю про этот подземный путь. Надо дойти до «Кривой спины». Это такое разветвление лаза, где сильно спину надо пригнуть, чтобы пролезть дальше! Это примерно четверть версты вглубь горы. Там осторожнее, я буду говорить, где пригнуться, потому что там достаточно низкие и узкие проходы… Поэтому внимательно слушать меня! Ясно?
— Ясно! Это шо мы так будем здесь все время сгорбленные ходить? — вдруг спросил недовольным голосом «смердячий пес» Бабак. Он представил себе, как он будет нести мешок полный княжеского серебра. Это было неудобно и тяжело! Но деньги грели ему его дрянное сердце и жадную душу…
— Будем, Бабак, будем! — ответил цыган. — Там я вас оставлю и вы пойдете дальше сами! А чтобы вернуться назад без проблем — вот вам веревка! Разматывайте! Вам хватит! И стрелы на стене с направлением «туда и оттуда» мелом рисуйте или ножом чертите!
— Черт побери, цыган! Это кто же их вырыл эти ужасные лабиринты? — спросил удивленный Бабак.
