Надо прекратить это безумие, пытку для нас обоих… Но мысль исчезла, потому что губы Ривлада снова коснулись моих. Мир рассыпался на осколки, перестал существовать. Все растворилось. Страхи и сомнения, причины и запреты. Остались мы. Целое. Неделимое. Здесь. Сейчас.
Мы целовались как сумасшедшие и не могли остановиться. Короткие передышки, когда мы безуспешно пытались отдышаться, а потом безумие продолжалось.
Как же сильно я его люблю! Люблю. Эта мысль немного отрезвила. Я прижалась к Ривладу, глубоко вдохнула.
– Не уходи, – взволнованно прошептал он. – Не уходи, умоляю. Что угодно, но не это!
И столько отчаяния и горечи было в его голосе, что потекли слезы.
– Мой прекрасный сон. – Его губы поцеловали меня в щеку. – Почему ты плачешь? Эва, тебе плохо за гранью? Это из-за меня? Тебе больно?
И что на это ответить? Я вдруг поняла, что сейчас он скинет повязку, откроет глаза… и ой, что будет! Посмотрела в окно, не задернутое шторами. Небо алело, предвещая рассвет. Мгновение – и исчезну. Наклонилась, поцеловала Ривлада в губы так, что огненные бабочки закружили меня в вихре. Я перекинула их на дракона, только сейчас осознав, что же я натворила!
– Эва, – Ривлад неожиданно сжал меня, – погоди. Так это…
Я оказалась на чердаке и застонала. Надо же совершить такую глупость! Что с нами будет, если он догадается? А Ривлад… Я же косынку и цветок ярии оставила! Впрочем, это все мелочи по сравнению с моими опухшими губами. Чувствую, взглядов сегодня будет тьма-тьмущая!
От тревожных предчувствий меня отвлек звон колокола. Я быстро переоделась, прикрепила на окно увядший цветок мимозы, заперла дверь и отправилась на кухню. Кажется, опять опоздала! Быть мне сегодня без завтрака! Обязательно отменю это правило, когда… когда-нибудь. Надеюсь, скоро. Надоело ходить голодной! Или Рива попрошу… Ох, Рив!
Сколько ни пыталась отвлечься от мыслей о суженом, пока носила ведра с водой и дрова, растапливала печь и чистила овощи, на сердце легче не становилось. Тревога нарастала, и я опрокинула поднос с завтраком, который должны были отнести Ривладу. Гнев Сверды оказался страшен.
– Новый завтрак, живее! – прокричала она.
Слуги бросились выполнять распоряжение, в суматохе то и дело натыкаясь друг на друга.
– А ты, недотепа, – прошипела Сверда, – возьмешь новый поднос и лично отнесешь его дракону. Заодно и объяснишь причину задержки.
Я сделала вид, что испугалась, когда кивала.
– Лишена на сегодня еды! Чтобы все котелки блестели! Лично проверю каждую чашку, не поленюсь, – выдала она, когда я, нагруженная тяжелым подносом, выходила из кухни.
Понимала, разумеется, что Ривлад не рассердится, но идти к нему после ночи, которую провели вместе, было боязно. До дрожи в коленях.
«Главное, себя не выдать», – подумала, пытаясь успокоиться.
По пути в столовую мне встретилось несколько встревоженных лордов и шепчущихся слуг. Что произошло-то?
Я вздохнула, когда остановилась перед нужной дверью, прислушалась к взволнованным голосам. Столовая во дворце Мавии была прекрасна. Большие стрельчатые окна до пола с красивыми легкими занавесками, дубовый стол, накрытый белой накрахмаленной скатертью, на стенах – картины с фруктами и цветами. Больше всего я любила изящные стулья эльфийской работы, обтянутые золоченым нежным шелком.
– Датерей, клянусь, это был не сон! – крикнул Ривлад, заставив меня вздрогнуть.
Возле стола находился владыка эльфов, чуть поодаль – Гилл, Рей, Лель и Сеня. Мой приход остался незамеченным.
Я прошла к столу, поставила поднос, зная, что мне полагается его разгрузить. И надо делать это как можно медленнее, чтобы услышать побольше интересного.
– Эва была у меня сегодня ночью! – рявкнул Ривлад. – Я держал ее в руках. Я целовал ее губы.
Рей и Гилл обреченно вздохнули, Лель закатил глаза, а отец Гилла явно встревожился.
– Это был сон, – попытался он убедить невменяемого дракона.
– Сон? – прошипел Ривлад. – А это тогда что?
На стол упала злополучная косынка, а следом лег цветок ярии.
– Ярия? – удивленно спросил домовой. – Какая редкость. Откуда?
Не хватало, чтобы и Лель заинтересовался и встал на сторону моего суженого! Мало мне бед…
– Видимо, не доверяя моему слову, невидимка крепила к одежде, – спокойно пояснил Ривлад. – Но этой ночью не подействовало.
– Хочешь сказать, что в твоей спальне были две девушки? – спросил Рей, задумчиво накручивая прядь волос на палец.
Похоже, чересчур волнуется.
– Эва точно, – упрямо заметил дракон. – На этом платке ее аура. Вы же не хуже меня видите! И держится она часов пять, не больше.
Я осторожно поставила на стол кружку и разгладила салфетку, заметив сощуренный взгляд Датерея. Нехорошо так сощурился. Значит, нагоняй все же будет.
– А почему ярия не подействовала? – отвлек всех Лель.
– Да, Рив, это странно, – поддержал Рей.
– Не знаю.
– Когда в дело вмешивается древняя магия, не стоит торопиться с выводами, – заметил Датерей.
Я подхватила поднос, направляясь к двери.
– А бабочки? – спросил дракон.
– Какие бабочки?
– У него сила прибавилась, – заметил Датарей. – Только Эва тут вряд ли…
– Что?
