- Никакого платья! Хватит тебе и тех трёх, что мы уже пошили. А вот мне не помешает – с вами, несносными кокетками, ваша несчастная мать совсем забыла о себе.
- Ох, матушка, настоящий пират, да ещё и принц – это ж так романтично!
Я дико зла на саму себя, но кажется, мои ноги зажили какой-то своей жизнью и непростительно медленно преодолевают эти бесконечные несколько шагов до двери.
- Выкинь дурь из головы немедленно! Во-первых, твой отец говорит, что все вот-вот уедут. Вряд ли Молодой Ястреб тут надолго задержится. А во-вторых, Бетти, это самый последний кандидат на всём белом свете, на которого тебе стоит засматриваться!
- Это почему это? – обиженно отвечает девушка, а мне хочется расцеловать маркизу и забрать все свои нелестные слова об этой милейшей женщине обратно, потому что я с ней совершенно солидарна.
- А потому, что он ужасный повеса и бабник, и говорят, что маршрут плавания его «Изгнанника» отмечен на карте разбитыми девичьими сердцами. Ещё говорят, что ни одна женщина не задерживается в его постели дольше ночи. Совершенно гиблый вариант, приручению не поддаётся в принципе, - сокрушённо вздыхает она.
Я всё-таки добредаю до злополучной двери и захлопываю её за собой с грохотом, от которого сама пугаюсь. И что на меня нашло? Что теперь подумают де Роше о моём воспитании?..
Это всё он виноват! Ужасный Принц никогда не изменится. Даже дистанционно умудряется выводить меня из себя.
Когда я немного утихомириваю злость, понимаю, что в целом визит прошёл успешнее, чем я рассчитывала. Есть о чём доложить Шеппарду. Кажется, княжества Материка и правда готовятся выступить против Осторовов. Знать бы ещё, где и когда последует удар…
Я провожу в Коринне ещё несколько насыщенных, суматошных месяцев, за которые мой хрусталь плавится от жара, столько раз выхожу на связь с Бульдогом. Об Ужасном Принце по-прежнему ни слуху, ни духу, хотя я почти уверена, что его корабль курсирует где-то у берегов Материка. Но мне удаётся не думать об этом чаще одного-двух... ну может трёх раз в день, потому что я слишком занята, собирая информацию о грядущем "Большом Походе" заговорщиков.
В конце концов, сомнений не остаётся. Остриём удара будет последнее из волшебных сокровищ Королевства. Место силы, место власти, место влияния. Таинственный и манящий артефакт, желание обладать которым свело с ума многих – не только жадных и недалёких местных князьков с Материка.
Замок ледяной розы.
Мне поступает настоятельный и не допускающий возражений приказ Шеппарда о том, что я должна немедленно покинуть Материк, с которым мы вот-вот можем вступить в состояние войны. Будьдог рекомендует мне отправиться в столицу, пересидеть тревожные дни там, но я отказываюсь.
В час испытаний я хочу быть вместе с друзьями. Я ведь знаю, что и он сам, и Рон будут на осадном положении в Замке. Быть может, я и мои волшебные силы каким-то образом пригодятся там.
Отстояв своё решение в многочасовых словесных баталиях с Шеппардом и Роном, я бросаю всё, оставляю свой дипломный проект – звёздоскоп – недоделанным, и одним морозным зимним утром прибываю в место, с которым связано столько воспоминаний моей ранней юности.
Замок ледяной розы встречает меня настороженно, как воин, что надвинул забрало на лицо и готовится к битве. Глядя на то, как его прекрасная и таинственная башня вонзается в небеса, я вдруг отчётливо понимаю, что кажется, не я одна едва не потеряла себя, пытаясь присвоить ключи от чужого счастья.
В тот судьбоносный день много лет назад Ужасный Принц поклялся своему отцу, что не вернётся на Острова, пока не добудет замок роз. Если слухи о том, что Генрих тоже будет в составе Большого Похода, верны, это может означать только одно.
Он хочет завоевать Замок ледяной розы.
Робко тяну руку и кладу пальцы на круглую дверную ручку с выпуклым узором-розой.
Отдёргиваю ладонь – Замок ледяной розы обжёг холодом. Иней взбирается по металлу кружевной порослью. Замок всегда был жесток со мной, как жестоки бывают дети к тем, кого не любят. Ни капли тепла – за все годы, что я бывала здесь. Только люди были ко мне добры. Но Замок следил настороженно, хмурился окнами, смотрел карнизами исподлобья, отворачивался закрытыми ставнями и дверями, что захлопывались сами собой прямо перед моим носом.
Я обернула ладонь краешком плаща и попробовала ещё раз. Изо всех сил дёрнула высокую створку тёмно-серой двери, увитой шипастыми плетями ледяных роз… Бесполезно. Не пускает.
Когда-то я очень переживала из-за этого. Все вокруг твердили о чудесах этого места, где даже розы цветут посреди зимы и небо над крышами какого-то особенного, неземного фиолетового цвета… Мне тоже хотелось чудес. Мне тоже хотелось почувствовать себя в сказке. Но меня не пускали. Иногда мне казалось, что я – всего-навсего второстепенный герой чужого романа. Отвратительное чувство.
