— Неважно, — махнула рукой Аметистовая, — но не стоит и дальше разбавлять такую кровь! Может, стоит переговорить с твоей семьей?
— Благодарю, Хозяйка. Но я уже не свободна, — Кантане хотелось рассмеяться.
Она снова желанная невеста, тогда благодаря Шайтакану, теперь — своим кровным талантам. Не так уж неласков этот мир к драконам её клана.
Замок казался безлюдным в этот час, но, как оказалось, свободного места в нём практически не было — слишком много драконов прибыло сюда со всем Содды, и не только оттуда. Во всех покоях уже кто-то жил, просторные нижние залы разгородили занавесками, на полу рядами лежали тюфяки, в кухне день и ночь что-то готовилось. Большинство драконов на этом празднике предпочитали проводить время в драконьем обличье, так что вряд ли все разом превратятся в людей и начнётся столпотворение. Однако Кантана оценила благоволение Сандиры — ей выделили целую отдельную комнату, правда, маленькую, в отдалённой башне. Наскоро поужинав, она сослалась на усталость и ушла к себе. Там сразу распустила причёску, потом выпустила Юту, мелко нарезала для неё кусочек мяса, который незаметно утащила со стола, отправив в тайник. Кошечки набросилась на угощение с аппетитом, однако, едва кто-то поскрёбся в дверь, тут же резво юркнула под кровать — как будто знала, что хозяйка сейчас опять подвесит её к браслету.
Это пришла Альгейла. Смущенно присела на край кровати.
— Там гости прилетели, поздороваться с бабушкой. Ты спустишься?
— Они ведь не со мной хотят поздороваться, — тряхнула волосами Кантана. — А ты почему убежала? Стесняешься? Ведь это ваши гости.
— Там Дьян, Арвист. И княжны. Там много всех.
Кантана щелкнула пальцами, пошарив в тайнике, и вспомнила, что гребня у неё по-прежнему нет, нечем расчесать волосы…
Значит, её муж уже здесь, внизу. Она не ожидала, что он так скоро окажется рядом. И хорошо было бы отправить туда Юту и понаблюдать за этими гостями её глазками, но у Даннидиры Альгейлы не было спутников, и она не умела с ними обращаться. Самостоятельно Кантана когда ещё научится… Спускаться самой, рискуя попасть на глаза кому-то из знакомых, она вряд ли рискнёт, во всяком случае, сегодня.
— Я потеряла гребень, — сказала она Альгейле, — ты не могла бы достать мне другой?
— Да сколько угодно, — девушка в ту же секунду извлекла из тайника черепаховый гребень, украшенный мелкими негранёными рубинами, и вручила Кантане. — Возьми, это мой подарок тебе.
— Спасибо. Он такой красивый. Мне нечем отдариться, но потом я непременно что-то придумаю. А кого ты стесняешься больше всех? — Кантана присела к зеркалу и принялась расчёсываться.
Отчего-то не сомневалась, что она знает ответ.
— Дьяна, — вздохнула девушка, — он когда-то обещал со мной танцевать. Как считаешь, ничего, если я ему напомню?
— А что такого? — повела плечом Кантана, — напомни, он ведь гость твоей бабушки, а танец — просто танец. Он такое многим обещал, я думаю.
Она знала точно, что внучкам княгини Арвисты её муж не жалел подобных обещаний.
— Все белые княжны с ним уже перетанцевали, наверное, — вздохнула Альгейла, — должно же и нам что-то достаться?
— Да что такого в этом Дьяне? — Кантана с раздражением рассмеялась, — тут полно мужчин. Не поверю, что Дьян самый привлекательный из них.
— Он самый, — уверенно сказала девушка. — Ты его не видела? Вот увидишь и согласишься.
Кантана опять рассмеялась. Потом она поняла…
— Он вожак, — сказала она, — На этом празднике вожаки всем нравятся. Пройдёт время, и ты поймёшь, что другие не хуже. Просто они не князья.
Во время праздника Дьян и другие князья, и большие черные не-князья — все они на пределе силы, потому что должны «держать» стаю, чувствовать её всю, — в этом смысл. Собирается и распадается множество стай — на каждый танец. Князь и их стаи проверяют свои возможности, линии силы укрепляются. Стаи становится более чуткими и сплочёнными после праздника. И возможно, кто-то из князей сумеет стать вожаком всех. Или несколько князей — по очереди. Драконов теперь немного, так что это вполне возможно, но в Исконном мире было величайшей редкостью.
Альгейла посмотрела недоверчиво.
— Вот бы я была такой красивой, как ты.
— Как я?! — Кантана искренне удивилась, — А мне кажется, что это ты хорошенькая! Куда уж мне.
Девушка удивлённо уставилась на неё.
— Зачем ты скромничаешь? Я же с тобой по-честному. Сайрон говорит, что такой красавицы в крылатом обличье он просто ещё не видел. И все с ним согласились. Сайрон говорит — хоть не выпускай тебя из замка! Все будут виться возле тебя. Нет, не бойся, он, конечно, шутит насчёт не выпускать…
Теперь Кантана онемела от удивления. Она ясно слышала, что маленькая Аметистовая говорит без тени лукавства. Но оценивать свою драконью внешность ей до сих пор как-то не приходило в голову. Да и как оценить, в какое зеркало посмотреться?..
— Может, ты выйдешь замуж за Сайрона? — сказала Альгейла, — мы все станем говорить только вслух, и никогда по-соддийски. Это несложно, правда. Тебе будет хорошо тут!
